Прости за мою любовь

– Привет, дорогуша, – улыбаясь во все тридцать два зуба, протянул Антон.

– Сбавь обороты, драться не планирую.

Кирилл хмыкнул, вспоминая их последнюю стычку, кажется, это было еще в школе, и сделал глоток уже переставшей быть холодной минералки.

– Как тебе наша девочка?

Антон указал куда-то в темноту танцпола, луч от прожектора прошелся по людям и выхватил в толпе знакомую тоненькую фигуру.

Даша извивалась в такт музыке, не обращая ни на кого внимания. Глаза были прикрыты, на губах играла легкая блаженная улыбка.

Она что, пьяная? Кирилл, которого этот факт совершенно не должен был волновать, вмиг напрягся.

– Дашка взрослая девочка, не думаю, что я или ты кто-то еще может ее напоить.

– Морозов! – Волосатый блондин ухмыльнулся и отсалютовал полупустым бокалом с темной жидкостью.

Его это не касается, мысленно повторил про себя пару раз Кирилл. Даже почти поверил. Дашка правда давно уже выросла из прыщавого подростка, да и восемнадцать ей исполнилось два года назад. Классный, кстати, был день.

Легкая улыбка тронула губы Кирилла. Тогда они общались лучше, чем сейчас, несмотря на ее легкое помешательство им.

Антон рядом напрягся, готовый вот-вот сорваться с места. Кирилл резко обернулся, поискал глазами Дашу. Нашел. Рядом с ней пристроился танцевать какой-то бритый амбал.

– Вмешаешься? – спросил в сторону стоящего парня Кирилл. Он и сам приготовился, если что, двинуться в сторону тесно танцующей парочки. Дашу обижать никто не смел. Кроме него, конечно. Да он за нее порвать любого готов, не раз в университете затыкал рты болтающим всякие глупости… Она же такая маленькая, бледная, худенькая, он ее знает миллион лет и вроде как несет ответственность за то, что приручил.

… А еще такая хорошенькая, что сейчас у него жутко чешутся кулаки проехаться по физиономии бритого парня.

– Если она будет против, конечно, – отозвался Антон.

Руки незнакомца плавно опустились на тонкую на девичью талию. Жар опалил лицо Кирилл. Как он смеет ее лапать? Почему Зеленский просто на это смотрит? Почему Засимова позволяет себя трогать? Смотреть на это было противно, внутри все сжималось, переворачивалось и злилось.

Не мог разобрать природу этих чувств, понимал, что не имеет на них никакого права.

Просто стоял и наблюдал. Даша и подошедший к ней парень продолжали танцевать в тесном контакте. Она спиной к его груди. Пара движений бедрами. Руки на талии, вверх-вниз. Вверх-вниз. Еще движение. Потом она обернулась к незнакомцу и застыла.