Прости за мою любовь

– Как ты узнала про Кирилла, ну что он обратил на меня внимание, а я поддалась?

– Дашка, да у тебя все на лице написано. Ходишь, сияешь, как пятак на солнышке. Да и Морозов изменился. Я видела, как вы держались за руки, пока думали, что на вас никто не смотрит. Ты счастлива?

– Да… нет… Я не знаю.

– Почему? – удивляется Маша.

– Понимаешь, я очень хочу расслабиться и не ждать подвоха ниоткуда. Все происходящее кажется таким нереальным. Я как будто сплю и оказалась в своем сне. И очень боюсь, что в любой момент он может оказаться кошмарным.

– Да брось! Что может случиться?

– Может случиться Нелля.

– Не думай об этом. Это только теоретически. Скажет пару обидных слов, и все! Что она еще может придумать?

Тут я не была так уверена. От Абрамовой можно ожидать все что угодно. И я ожидаю. Как вижу – напрягаюсь, однако она меня волнует меньше, чем переезд.

– Зато практически точно случится Германия, – вслух озвучиваю свой главный страх.

– Если от этого никуда не деться, что ж, возможно, Германия и проверит чувства Кирилла, и твои тоже.

– С моими чувствами все в порядке, они на месте, – вздыхаю я.

Живут внутри меня, рвутся наружу. Я еле-еле сдерживаю порывы нежности. Боюсь напугать и спугнуть Морозова своим напором. Он сказал, что он «мой», а я «его». Вот с этими мыслями и стараюсь жить. Главное, не напортачить в начале, дальше должно быть проще.

– Но ему об этом знать не обязательно? Ведь так? – подмигивает мне Маша. – Пойдем танцевать!

– Забудь уже нашего вожатого, Настька, – шепчет девушка своей подруге, – он ночевать все ночи в лагере ходит в комнату к Даше.

Прикрываю на мгновение глаза, представляя, какие сплетни поползут по лагерю, а потом и по универу. Может, и правильно, что мы решили с Кириллом пока не торопиться и не афишировать то хрупкое, что начало зарождаться между нами. Хорошо, что он поддержал эту идею, хотя мне показалось, он-то как раз и не планировал прятаться. Лишние глаза будут только мешать, тем более наши отношения и так вечно у всех на устах.

– По коридорам не болтаться, дискотека закончилась. Кыш в кровати. Зайду через двадцать минут и проверю, – говорю громко, чтобы сплетницы потом не жаловались, что не услышали мои слова.

Девушки дергаются и, втянув головы в плечи, переглядываются. Я все еще их временная «мамочка», а они мои «детки», могу и помахать ремнем.

Иду мимо притихших девушек прямиком к душевой. Со злостью захлопываю дверь, она, конечно, ни в чем не виновата.