Стань моим завтра

Наверное, надо позвонить родителям и тогда уже решать…

Я замолчала, надеясь, что эта тема сойдет на нет, как и мой голос.

– Бэкс наверняка останется дома, хотя я готова поспорить, что Рой, как и в прошлом году, пригласил его к себе.

– Кстати, что ты можешь о них сказать? – спросила я. – Пару недель назад Рой и его жена сводили нас в кафе. Предполагалось, что им необходимо познакомиться со мной по условиям условно-досрочного освобождения Бекетта. Но на самом деле это больше напоминало воскресный семейный ужин.

– Я не удивлена. Рой сразу же полюбил Бэкса. От большинства инспекторов такого не дождешься. Хотелось бы мне, чтобы мой инспектор был хотя бы вполовину таким же хорошим. Но он тот еще козел.

– У Роя и его жены нет детей, может быть, поэтому они так классно к нему относятся. А может быть, они просто классные люди.

– Думаешь, Бекетт проведет Рождество с ними?

Дарлин вздохнула еще раз.

– Вряд ли. Он так и не пришел в себя после ограбления. Он же тебе рассказал, да? Как муж с женой пришли домой и муж умер?

– Это съедает его изнутри, хоть он и не виноват. Просто так получилось. Но он постоянно сам себя наказывает, такой вот он дурачок.

Эта беседа быстро становилась слишком откровенной. Я почувствовала себя неловко, что мы вот так обсуждаем Бекетта за его спиной. К счастью для меня, Дарлин меняла темы разговора по щелчку пальцев.

– Ненавижу это время года, – сказала она. – Зимой мне всегда так одиноко, понимаешь?

– У тебя есть родственники, к которым можно сходить на Рождество? – спросила я.

– Да, конечно. Они живут тут, в Куинсе. Только вот моя сестра не такая кошмарная неудачница, как я. Она будет без конца рассказывать о том, какая у нее крутая работа, охрененный муж и зашибенный накопительный пенсионный план, бла-бла-бла.

– Ты не кошмарная неудачница.

– Ну да, ну да, – ответила она. – Может, мне просто надо с кем-то переспать. Ничего так не поднимает настроение, как сногсшибательный оргазм!

Маленькая старушка, сидевшая впереди нас, кивнула укутанной в платок головой.

– Ты совершенно права, милая.

Мы с Дарлин переглянулись и расхохотались. Громко и от души, так что на глазах выступили слезы – самая приятная их разновидность из всех возможных. И в течение этих нескольких секунд Дарлин была безгранично счастлива. Старушка посмеялась с нами и мне захотелось ее расцеловать за то, что она разогнала тучи, сгустившиеся над головой моей подруги.