Пустая могила

Однако первая заповедь агента – никогда не терять бдительности, и поэтому я спросила, положив руку на эфес рапиры:

– Что за Гость нас ждет?

Налетел свежий ветерок, вскинул полы длинного пальто Локвуда, начал перебирать их. На мой вопрос Локвуд не ответил, возможно, не услышал его, занятый своими мыслями.

– Спуститься вниз совсем не сложно, – сказал он. – Стена в этом месте слегка осыпалась и стала почти как лестница, нужно только следить, чтобы не поскользнуться. Пойдем?

– Локвуд, – спросила я, спускаясь следом за ним по выщербленной стене, – откуда ты все это знаешь?

– Я уже бывал здесь раньше, – ответил он и после того, как я спрыгнула на землю и оказалась в траве по грудь, кивнул: – А теперь вот сюда.

И он повел меня вперед по едва заметной, похожей на звериную тропку дорожке, петляющей между надгробиями.

Я шла за Локвудом, ни о чем не спрашивая, пробираясь в высокой траве, внимательно поглядывая по сторонам, чтобы избежать столкновения с колючими кустами ежевики. Вскоре дорожка вывела нас на крохотную полянку, где трава и плющ были скошены клинком рапиры.

В центре полянки стояли два надгробия, на которых сейчас играли последние лучи закатного солнца. Оба были из серого камня, современной угловатой формы, не запачканные дождем и грязью. Простые, строгие камни. Одно из них, то, что слева, по размеру было больше второго. На нем под вырезанным портретом красивой женщины с печальным лицом четкими буквами была выбита надпись.

На втором камне было выбито всего два слова —

Я открыла рот, хотела что-нибудь сказать, но не смогла произнести ни слова.

– Иногда я спрашиваю себя, Люси: для чего все это? – сказал Локвуд. – Почему мы делаем то, что делаем? Взять хотя бы нашу последнюю ночь – почему мы рискнули пройти через все это? Или Тафнелл… Почему мы сидели и терпеливо слушали, что несет этот неотесанный цирковой болван? Вот, Люси, какие мысли иногда лезут мне в голову, и когда такое случается, я прихожу сюда.

Я посмотрела на Локвуда. Он стоял рядом со мной в густеющих сумерках, почти все его лицо скрывал высоко поднятый воротник пальто. Мне давно хотелось узнать, где похоронена его семья, но я никогда не решалась спросить об этом. А сегодня он сам привел меня на это священное для него место, и я, помимо печали и сочувствия к Локвуду, подспудно испытывала от этого жгучую радость.

– Вот что такое Проблема, – продолжил Локвуд. – Вот что она делает.