Пустая могила

Теперь скажите, кто из нас с вами ближе всех к духам? Чьи разговоры с черепом дали нам так много информации? Чрезвычайно ценной, подчеркну, информации?

Все медленно повернули головы в мою сторону. Локвуд, Холли, Киппс… Нет, во взглядах моих друзей не было ни тени осуждения – одна лишь глубокая задумчивость. Но, знаете, такие взгляды меня сильно раздражали. А тут еще в банке появилось призрачное лицо и еще сильнее испортило мне настроение. Призрак корчил мне рожи, вертел во все стороны своими выпученными глазами, фамильярно подмигивал – одним словом, вел себя просто отвратительно.

– Неправда, никакое мы с тобой не единое целое, – проворчала я.

– Размечтался. – Я перевела взгляд на своих товарищей. – Не спрашивайте меня, о чем он только что сказал. Это не имеет отношения к… Да вообще ни к чему не имеет отношения. Так, ерунда.

– Очень наглядный пример, – сказал Джордж. – Марисса разговаривает с призраками точно так же, как ты сейчас с черепом. Правда, вряд ли вступает с ними в семейные разборки. И кто знает, какими секретами делятся с Мариссой духи, какие тайны жизни и смерти открывают ей!

– Она счастливая, если так, – тряхнула я головой. – А этот череп ни фига о тайнах жизни и смерти не знает.

Локвуд долгое время молча наблюдал за черепом, но потом вмешался.

– Я рад видеть, что наш приятель сегодня очень… э… активен, – сказал он, поворачивая голову в сторону банки. – Я хотел бы спросить его кое о чем. Череп, ты рассказывал нам о своем разговоре с Мариссой много лет назад…

Я опустила все лишнее и коротко перевела:

– Он подтверждает, что говорил с ней.

– Теперь я хочу уточнить, – кивнул головой Локвуд. – Вы оба при этом говорили? Это действительно был диалог?

– Да, это был двухсторонний разговор, – перевела я.

– Тогда почему Марисса не оставила тебя при себе? – спросил Локвуд.

– Он сказал «Что?», – сообщила я.

– Как он это сказал? Словно не расслышал или не понял?

– Скорее ошеломленно. Ты совершенно точно задел его за живое, Локвуд.

– Значит, так, – сказал Локвуд. – Когда я читал «Мемуары» Мариссы Фиттис, то обратил внимание на то, какое большое значение она придает возможности общаться с призраками Третьего типа. И она раз за разом подчеркивает, что такие призраки – огромная редкость, настоящее сокровище. – Он улыбнулся призраку и продолжил: – Поэтому, череп, я хочу спросить: как же получилось, что ты полвека спустя после того разговора оказался в банке, стоящей в пыльном темном подвале? Это меня удивляет, редкостный ты наш.