Станешь моей сегодня!

"

"Вашу мать, ну что за люди?! Блондинка кулём валится в сугроб. Дружок её пытается поднять, но тут же брезгливо отряхивается от мокрого снега.

Хлопаю дверцей и направляюсь к ним.

- Что с ней?

- Пьяная.

- Ну и чего ты стоишь?! - невесть откуда взявшаяся злость закипает и переливается через край. - Долго ей еще тут лежать?!

- Тебе-то что? – гаденько ухмыляется гамадрил. – Понравилась – себе забирай. Я расплатиться еще не успел. Да и чё с ней теперь делать-то?

Затем разворачивается и идёт назад к бару. Вот сука.

Действительно, что мне с ней теперь делать?

хорошо хоть, народу вокруг никого.

Чертыхаясь, подхватываю маленькую пьяницу под спину и колени и несу к машине.

Что я делаю? Зачем? Охрану логичнее было бы позвать, а не возиться самому.

Устраиваю девочку на пассажирское кресло, с трудом стянув с неё промокшую ледяную куртку. Обхожу машину и запрыгиваю в салон сам.

И куда теперь?

- Эй.

Не отвечает и не шевелится.

Склоняюсь и рассматриваю её лицо. Красивая. Без яркой блятской помады кажется совсем юной. Обтягивающее платье не скрывает достоинств фигуры – круглые бёдра плавно переходят в узкую талию.

Прилипаю взглядом к полной натуральной груди с выпирающими горошинками сосков. И с силой сжимаю на руле пальцы, так хочется коснуться.

Странно, но алкоголем от неё совсем не пахнет.

- Ты у меня в машине заночевать собралась?

Длинные пушистые ресницы приходят в движение. Затуманенный взгляд останавливается на моём лице и глаза округляются.

Проснулась, Красотка. Ассоциации с известным фильмом усиливаются с каждой секундой.

Беру телефон и звоню Феликсу. Сейчас он пришлёт охрану. Я избавлюсь от обузы и с чувством выполненного долга поеду домой.

Но Феля на звонок не отвечает.

Девушка закрывает глаза и будто снова проваливается в сон.

Интересная мысль вдруг приходит в голову.

А почему бы, собственно, нам не помочь друг другу? Понравилась она мне сразу, чего греха таить.

Хочу её.

Решено – отвезу к себе, а дальше видно будет. Что-то жалко стало оставлять такую нежную красоту какому-нибудь отморозку.

Вскоре замечаю, что она приходит в себя и с опаской осматривается.

- Как зовут-то тебя, чудо?

Она испуганно таращится на меня. Но быстро берет себя в руки.

- Софья Павловна...

Поворачиваюсь к ней и смотрю в широко распахнутые зелёные глаза.

Не Анжелика. Не Снежанна какая-нибудь. И не Вивиан.

- Софья? Павловна? Серьёзно?

Молчит. Нервно одёргивает задравшееся платье и поправляет растрепанные волосы. Явно стыдится.