Академия моей любви

Во второй мой разворот Зейн ещё и бровь заломил, с видом – что вам, сударыня, нужно? А сам весь такой невинный-невинный! Будто реально пришёл к магистру Унри, про азы магического права слушать.

К концу лекции я уже почти поверила в эту его равнодушность. Стало немного обидно, а с другой стороны, спокойнее. Я не интересую? Ну и хорошо!

Только, когда лекция закончилась, и нам предложили перейти в подземные лаборатории для демонстрации каких-то опытов, Зейн вдруг очутился рядом и уведомил с уже знакомым спокойствием:

– Я провожу, Ринабелла.

Отказаться не получилось. Впрочем, я и не стала отказываться.

Вот Зейн и проводил. Я при этом чувствовала себя дико неуютно, а Коризана не знала куда деваться.

Зато на само занятие Зейн не пошёл. Заставил меня притормозить в проёме новой аудитории и сказал:

– Хорошего дня, дорогая.

Я поперхнулась воздухом, понятия не имея как реагировать. Но вежливость взяла верх, и я ответила:

– Благодарю, ваше высочество. И вам хорошего дня.

Он кивнул, улыбнулся, развернулся и ушёл, а я-таки вошла в лабораторию. Думала всё позади, но через пару минут перед моим носом возник бумажный мотылёк…

Поймав «насекомое» и развернув его в лист, я прочла, написанное уверенным, ровным как солдат на построении, почерком: «Леди Ринабелла, мне показалось, или от вас пахло перегаром?»

– Чёрт, – прошептала я, не выдержав.

– Что такое? – встрепенулась, Коризана.

Ничего. Просто, невзирая на всё спокойствие «жениха», между нами, кажется, война."

"Зейн"

"Я был убеждён, что прибью строптивую невесту, когда встречу, а в итоге почти обрадовался, увидав эти огромные глаза, длинные ресницы и пухлые губы.

Тень паники, пробежавшая по хорошенькому личику, даже польстила – не ожидала, Рина, увидеть суженого в этих стенах? А я пришёл!

Впрочем, лично для меня неожиданней оказалось другое – очутившись рядом с этой несносной девушкой, я вдруг понял, что скучал. Без дураков. По-настоящему.

Как же приятно, что она здесь, рядом…

Так может и она по мне скучала? А?

Вдох-выдох, и я попытался сосредоточиться на лекции магистра Унри. Но материал оказался до того примитивным, что, подавив пару зевков, я достал папку с бумагами, добытыми у ректора, установил несложную защиту от подглядывания и занялся полезным – изучением системы тайных ходов.

Ректор очень не хотел делиться. О-очень…

Передавать досье на сотрудников, схемы охранных плетений, графики поставки продовольствия и прочее, ему тоже было предельно неприятно. Ведь Академия сама по себе.