Сопротивляйся мне

Потом обратилась ко мне: — Не расстраивайся, дорогая. Он просто…

— Всё нормально, — кивнула я. И увидев, что Валерия не собирается униматься, а свекры же демонстративно молчат и делают вид, что смотрят телевизор, я осекла ее, чуть повысив голос: — Нормально.

Не хочу, чтобы тему раздували и смаковали. Хотя бы не при мне.

— Как скажешь, — коротко ответила она.

Я плюхнулась в кресло и уткнулась в телефон.

Спустя пять минут Владимир действительно спускается на первый этаж. Кивком зовет следовать за ним.

Мы прощаемся с домочадцами, после чего закрываем рты. К машине идем демонстративно молча. Он садится за руль, я рядом.

— У тебя плохое настроение? — не выдерживаю я и минуты.

— Обычное.

— Обычно ты веселее.

— Тебе кажется.

— Но ты злишься.

— Я просто спокоен.

Машина трогается, мы выезжаем с улицы Дымарской, выруливаем на главную дорогу. Мелкие камешки дребезжат под колесами шин, когда мы пересекаем небольшой участок гравийной дороги.

— У тебя что-то случилось? Если хочешь, никуда не поедем, — вновь нарушаю молчание. Бойкот — это полный отстой!

Он усмехается.

— Великодушно с твоей стороны. Разойдемся по комнатам и будем сидеть в телефонах? Или у тебя появились идеи, чем украсить мой вечер?

— Необязательно быть таким грубияном, — отвечаю я и отворачиваюсь.

Он достает сигарету, чиркает зажигалкой. Машину наполняет запах дыма и ментола. А потом, спустя пару минут, Владимир тушит окурок в пепельнице и кладет руку на мое колено. Слегка поглаживает, задирая платье выше. Я облизываю губы. Усилием воли заставляю себя расслабиться и вести себя естественно. Он просто не в духе, но поругаться со мной у него не получится. Я готовилась к этому вечеру.

— Расскажи немного о своих друзьях. К кому мы едем, — произношу примирительно. Накрываю его ладонь своей правой. Делаю это специально, чтобы он заметил кольцо.

Ну перестань злиться! Пожалуйста! Я ведь… паниковать сразу начинаю. Нервничать. Я понятия не имею, чего от тебя ждать вот такого, хмурого, расстроенного. Да, ты спокойный, словно застывшее каменное изваяние. Но… я не могу существовать рядом со статуей. Мне хочется тебя расшевелить хоть немножечко. Черная дыра — это ведь бывшая звезда. Она светила ярко… когда-то. Грела целую планетарную систему! Неужели ты остыл окончательно? И ничего нельзя сделать?"

"Владимир поглаживает мое колено своим большим пальцем. Кивает и начинает рассказывать нейтральным голосом. Мы едем к его одногруппникам, с которыми он прошел многое. В том числе практику в полиции.