Наг для мятежной Дюймовочки (СИ)

И сама от себя не ожидала, как вскочила, придерживая одеяло, вытянула вперед руку и воодушевленно заговорила:

— Искусство не терпит принуждения! Только когда все идет от сердца, любое действо становится искусством! — И замолчала, оценивая произведенный эффект и сама себе поражаясь.

— Ага, — внезапно поддержал меня мнущийся шаман. — Из кустов нужно того… самому, ага. А то не того… красиво из кустов не получится.

«Из кустов». Рука-лицо.

Миндяйка повернула к нему голову и хлопнула глазами. По ее виду стало понятно, что мои слова или слова шамана (тут нельзя быть уверенной ни в чем) заронили в ее голову сомнения. И нужно было срочно закреплять успех. Но что сказать?!

На выручку пришел Аншас:

— Уважаемая Миндяйка, великая сквола великого вождя орков племени Зашибок, вчерашний спектакль вам так понравился только потому, что мы все хотели устроить ваше счастье и подарить частичку своей души. Иначе ничего бы не вышло…

Миндяйка выпятила вперед челюсть, внимательно слушая нага. А я попыталась осознать: Зашибок?! Нет, правда, что ли?! Зоя, где ты?! Я не могу переварить это сама. Мы просто обязаны разделить это!

— …А как вы сами вчера сыграли! — продолжал вдохновенную речь Аншас. — Это же было шедеврально! Сколько экспрессии, какое вхождение в образ! А все почему?

— Почему? — спросила орчанка.

— Потому что вы сама прекрасная актриса! Зачем вам другая прима?

— При… чего? — широко раскрыла глаза Миндяйка.

— Та, что будет затмевать всех своим талантом и игрой. Вам такая совершенно не нужна. Вы же сама — прима! — И повел рукой, будто давая возможность оценить всем слушателям глубину его слов.

Миндяйка задумчиво почесала пятерной затылок, шмыгнула носом, глянула на сосредоточенно сопевшего рядом шамана. Молчание затягивалось. Я сглотнула, нервы были на пределе. Нужно срочно придумать еще хотя бы один убойный аргумент для этой грозной женщины. Но, как назло, в голову ничего не приходило.

— Я поняла, — наконец, произнесла она, неожиданно широко улыбнулась и треснула ручищей Думдука по плечу. — Ты помог Сундуйчику подарить мне путь. Не зря вчера со своим бубном скакал, как козел, — и посмотрела на нас. — А вы показали мне путь. Уважаю. Пошли пировать! — и махнула нам рукой, приглашая следовать за собой.

— Нам бы помыться и переодеться, — не растерялся Аншас, пока нас прямо в таком виде не поволокли праздновать.

— А? Сейчас все принесут. — И постановила: — Без вас пир не начнем. Будем ждать, — и вышла.

За ней последовал Думдук.