Невыживший

– Сюда – да, – без энтузиазма ответил Самсонов. – Но если бы Меркальский поехал к Вересковой, он бы нас опередил. Значит, он направился к кому-то другому.

Они поднялись на нужный этаж, Верескова ждала их на пороге.

– Здравствуйте, – сказала она. На женщине был полосатый халат, на голове – полотенце. – Что случилось?

– Одевайтесь, поедете с нами.

– Почему? – испуганно спросила женщина.

– Вы задержаны по подозрению в нападении на Андрея Витальевича Меркальского.

Верескова изменилась в лице.

– Какое… еще нападение? – проговорила она, запинаясь.

– В управлении разберемся. Собирайтесь.

– Вы же сказали, что мне грозит опасность, и чтобы я была осторожна, а теперь…

– Собирайтесь! – нетерпеливо повторил Самсонов. – Опасность грозит не только вам, а мы теряем время!

Через пять минут полицейские вместе с Вересковой сели в машину.

– Теперь к Нестеровой, – сказал Коровину Самсонов.

По дороге он позвонил Поленову.

– Как дела? Нашли кого-нибудь? – спросил он.

– Кремниева у нас, – ответил следователь уголовки.

 – Едем за Нестеровой.

– Мы сами туда направляемся. Лучше поезжайте к Ляпиной.

– Хорошо. Встретимся в управе?

Верескова за весь путь до дома Нестеровой не проронила ни слова. Полицейские ни о чем ее не расспрашивали: нападением на психолога занимался другой отдел, сейчас Самсонова волновало лишь одно: уберечь от убийцы тех, кого еще можно.

Полицейские остановились возле подъезда дома, где жила Нестерова.

– Надеюсь, она дома, – сказал Коровин.

– Ты останешься в машине, – отозвался Самсонов.

 – Я один поднимусь.

Он вышел и направился к подъезду, когда железная дверь распахнулась, и на крыльце появился Александр Меркальский. Он был в дождевике, штанах с лампасами и сапогах – своей жокейской форме. Полиэтилен был мокрым, но едва ли от дождя – скорее, убийца смывал с него кровь в квартире жертвы. Лицо у Меркальского было бледное, рот перекошен. Он сразу увидел полицейского и остановился как вкопанный.

Самсонов рванул молнию ветровки, чтобы достать из кобуры пистолет.

Меркальский сорвался с места и помчался по улице. Полицейский, проклиная все на свете, бросился следом. Он помнил, какую скорость способен развить жокей, и понимал, что в честном соревновании едва ли сможет догнать его.

Сзади взвизгнули колеса – это Коровин присоединился к погоне на своем автомобиле.

Полицейские машины остановились перед железными воротами, одна из створок которых была приоткрыта. Можно было видеть, как за оградой водят по кругу лошадей.