Элемента.N

Он вошел в открытую Евой дверь как всегда, с иголочки одетый, в расстёгнутом пальто, видимо, черно-белом, но рисунок был таким, что оно казалось серым в мелкую клетку. И длинный шарф с кистями у него на шее, и мягкие кожаные перчатки в одной его руке, и букет невозможно красивых и благоухающих роз в другой – всё было безупречно.

Он протянул Еве розы, и дежурно поцеловал в щеку. В любой другой день она не придала бы этому ни малейшего значения, но сегодня, когда у неё за спиной стоял Дэн – этот поцелуй жёг её как клеймо.

— Я как-то обещал, что куплю тебе новые, — протянул он Еве цветы и многозначительно улыбнулся, напоминая ей о той их встрече, когда она забыла букет в кафе.

— Спасибо, Феликс, не стоило, — промямлила Ева. А он спокойно разделся и, сделав два шага навстречу, протянул Дэну свою ладонь.

— Феликс Ранк.

— Даниэль Майер, — ответил Дэн рукопожатьем.

— Изабелла Кастиниди, — представила Ева, стоящую в проеме кухни девушку, поддержав тенденцию называть и имена, и фамилии.

Феликс сделал еще пару шагов до Изабеллы, почтительно поцеловал ей руку и, улыбнувшись краешками губ, сказал:

— Рад нашему знакомству!

Ева видела, как из-под распахнутого ворота его белоснежной рубашки выпал кулон на черном кожаном ремешке, и когда он разогнулся, отпуская руку девушки и поворачиваясь к хозяйке, на груди его красовался небольшой аметистовый аммонит. «Под цвет глаз» — даже успела подумать Ева, приглашая его присесть на диван, и проследовала с вручённым ей букетом на кухню, мимо глубоко потрясённой Изабеллы.

Изабелла тут же скользнула за ней и шепотом сказала:

— Господи, налей мне водички! Он даже лучше, чем на фотографиях! Я просто на грани обморока.

— Подожди, толи еще будет, когда появится Арсений. — напомнила ей Ева. — Где они, кстати?

— Понятия не имею, — пожала плечами Изабелла. — Первый раз в жизни вижу такие воняльные розы.

И она выразительно втянула носом их запах.

— Да, всегда хотела узнать где он их берет, и всегда было как-то не до того, — многозначительно улыбнулась Ева.

— Да, я скорее кер, чем азур, — пояснял Дэну Феликс свое происхождение, — а аммонит ношу просто как украшение.

Ева вернулась в комнату с цветами в вазе и Изабеллой, повисшей у неё на руке. И она первый раз видела на шее у Феликса эту окаменелость.

— Изабелла, — предложил Феликс девушке свое место на диване, а сам пересел на другую его сторону.

— Феликс, может чай? Торт? – спросила Ева на правах хозяйки.

— Спасибо, я не голоден, — ответил Феликс.