Элемента.N

Ранк, то есть Франк, и я произнес это случайно «Франк и Шейн», а Эмма засмеялась и повторила «Франкен-Шейн», но Ранку это так понравилось, что спустя совсем недолгое время на двери его кабинета появилась табличка «Доктор А.Франкин». Я принял это всего лишь за его чудачество, но эксперименты на людях обрели свой размах именно после того как он стал Франкиным.

- А Эмма? Почему соглашалась на это Эмма? – спросила Изабелла.

- Сначала мне казалось она просто развлекается, и я был рад, что она перестала так безутешно горевать, потом я начал подозревать, что она предпочла мне Ранка. Я ревновал, сильно ревновал, но я сам всегда восхищался и его талантами, и его личными качествами, всем. И я подумал, что раз я от него без ума, то что говорить про мою жену – на его фоне, я, видимо, кажусь ей лишь бледной тенью – и я смирился. И приступы мои стали повторяться чаще, и я смирился и с тем, что мне придется умереть. Что ж, я думал, что оставляю её в надежных руках. Но в те несколько дней что я валялся с очередным жестоким приступом, у них в лаборатории оказался свежий труп. Дело в том, что психдиспансер с которым у нас был заключён не афишированный договор находился с нами совсем рядом, в соседнем здании. И этот душевнобольной видимо даже не умер, но врачи побыстрее постарались от него избавиться, и Франкин посчитал это невероятной удачей. А Эмма, как обычно, не стала ему перечить. Её поместили в это тело, но его поврежденный мозг оказался сильнее сопротивления Эммы. Этот придурок бушевал, а Франкин не сразу понял, что это не Эмма беснуется. К тому времени как его удалось успокоить, а это оказалось возможным, только после его смерти, Эмма пострадала настолько сильно, что даже Ранк не знал, что с ней делать. Он дошел до того, что запирал её в клетке как дикого зверя, но она разгибала прутья. И только увидев меня становилась кроткой, как дитя, прижималась ко мне и тихо плакала. Конечно, я забрал ее к себе, я заботился о ней, я не мог её бросить. Если бы не эта Чума! Мои дни были сочтены, и я принял решение о последствиях которого жалею по сей день.

Он вздохнул, потянулся к чашке с остывшим чаем, сделал несколько больших глотков.

- Я познакомился с Варварой. И хоть в то время всё у нас сложилось как-то само собой, но отношения наши всегда были натянутыми. Она так быстро забеременела, что уже через месяц моего с ней знакомства, я почувствовал себя намного лучше. Я был уверен, что это девочка.