Элемента.N

- А Екатерина как? – спросил Дэн про беременность главврача.

- Так я её что и тяну в город – по театрам что ли ходить? Хочу нашим специалистам её показать. Там уже шестая неделя пойдет – можно будет и сердцебиение прослушать и УЗИ сделать, - и видно было что он действительно тревожится, - Потерю еще одного ребенка я не переживу.

- Шейн, давайте без паники! Она и Екатерина как на иголках, вы еще нагнетаете.

- Нет, что-ты! Я при Кате держусь.

- Не надо держаться, надо просто справиться с этим, переосмыслить, преодолеть. Да, не мне вас учить! Кто из нас в конце концов психиатр!

- Это да, - улыбнулся Шейн, - Как у тебя? Что девушка эта? Ева?

- Всё хорошо, - ответил Дэн и хотел уже сказать, что сделал Еве предложение, но подумал, что Арсений обидится, если кто-то узнает об этом раньше него. Он и так-то будет верещать, что Дэн уже сказал Еве.

- Ну что поделим обход? Ты с этого конца, я с того? – показал Шейн на комнаты постоялиц.

- Нет, спасибо, Шейн, я сегодня сам. Соскучился! – и он пошел к той двери с которой всегда начинал.

Дэну казалось, что его не было месяц, а может два, но начав выслушивать привычные жалобы старушек – почувствовал, что словно никуда и не отлучался. Те же вопросы, те же просьбы, те же сетования. И трудно было сказать, чтобы его это расстраивало – он был рад, что ничего не изменилось. Расстроился он, только зайдя в самую последнюю палату - палату Евдокии Николаевной Купцовой. Он смотрел в её пустые глаза, привычно смотрящие с стену и не знал, что ему делать.

Два дня назад, когда они сидели у Арсения на кухне и пытались хоть как-то определиться со всей имеющейся у них информацией и понять, что им сейчас надо делать, его друг сказал фразу, которая никак не выходила у Дэна из головы.

- Знаешь, Дэн, - и Арсений был на удивление серьезен, - мне кажется, что всё это связано. Всё: и убийство моей матери, и твоя бабка, и Сара, и ранение Евы. Всё!

- Ну, то что смерть твоей матери имеет к этому отношение – это однозначно, - ответил Дэн, - Ты же Выросший без матери.

- Нет, ты не понял, - возразил Семен, - Я именно потому и Выросший без матери, что кому-то было надо, чтобы я вырос без неё.

- Ты хочешь сказать, что её убили из-за тебя? – не поверил своим ушам Дэн.

- Да, Дэн, да! И ты не просто так работаешь вместе с Шейном. Тебе не показалось странным, что именно Виктория Шейн вдруг, с первой же встречи стала ключевой фигурой во всем этом?

- Не знаю, Сень.