Мистер

Если… если ты будешь жить со мной, то тебе придется делиться своими переживаниями.

– Жить с тобой? – шепчет она.

– Ну да.

– Здесь?

– Здесь. И в Лондоне. Да. Я хочу, чтобы ты жила со мной.

– Как горничная?

Я смеюсь и качаю головой.

– Нет. Как моя девушка. Помнишь, что я говорил на лестнице? Ну, каков твой ответ?

Я замираю, затаив дыхание. Сердце бешено стучит. В глубине души я не знаю, что она скажет, но я люблю ее. И хочу, чтобы она жила со мной. Однако предлагать Алессии брак я пока не стану – это слишком серьезный шаг для нее, не хочу, чтобы она опять сбежала.

«Эй, приятель, вообще-то женитьба – это и для тебя серьезный шаг».

– Да, – шепчет она.

– Да?

– Да!

С радостным возгласом я обнимаю ее и начинаю крутить. Псы лают и прыгают, махая хвостами. Алессия хохочет, но вдруг вздрагивает.

«Черт!»

Я тут же ее отпускаю.

– Тебе больно?

– Нет, – говорит она.

В ее глазах светится любовь и, быть может, желание.

«Алессия…»

Я целую ее, и вскоре нежность перерастает в нечто иное. Алессия раскрывается, как экзотический цветок, и целует меня в ответ с ошеломляющей страстью. Ее язык у меня во рту, руки вцепляются в пальто на моей спине.

Все утренние потрясения – вид Алессии с этими ублюдками, боязнь больше никогда ее не увидеть – исчезают; свой страх и свою благодарность за то, что она все еще со мной, я вкладываю в поцелуй. Когда мы отрываемся друг от друга, наше дыхание смешивается и облачком витает в морозном воздухе.

Дженсен тычется носом в мое бедро. Не обращая на него внимания, я склоняюсь к ошеломленной Алессии.

– Мне кажется, Дженсен хочет к нам присоединиться.

Ее смех отзывается во всем моем теле.

– И еще мне кажется, что на нас слишком много одежды. – Я утыкаюсь лбом в ее лоб.

– Хочешь ее снять? – Она прикусывает губу.

– Как всегда.

– Мне тепло. Слишком тепло, – шепчет Алессия.

«Что?!»

Я внимательно смотрю на нее. Про одежду я брякнул просто так, шутки ради. Что она имеет в виду?

– Ох, радость моя, ты пережила серьезное потрясение…

Она пожимает плечом – мол, ну и что? – и отводит взгляд.

– На что ты намекаешь?

– Ты знаешь на что.

– Ты хочешь в постель?

Алессия широко улыбается – другого поощрения мне не надо, и вопреки благим намерениям я беру ее за руку. Улыбающиеся и счастливые, мы спешим обратно в дом, а псы следуют за нами по пятам.

– Это моя комната. – Максим пропускает Алессию вперед.

Она темно-зеленая, через несколько дверей от голубой спальни, куда Денни привела девушку утром.