Вершина мира

Взгляды серьёзных партийных и комсомольских деятелей направлены на меня.

В зале тишина, и даже школьники, комсомольский актив из разных школ города, ведут себя примерно. Ладно, действительно пора начинать. И я начинаю:

В полной тишине чётким голосом я читаю эти строки. Прочитав, делаю долгую паузу, чтобы смысл сказанного, пускай и многократно слышанного прежде, уложился в головах присутствующих.

— Прошу всех встать! — требую я, наконец, и все подчиняются.

Я внимательно осматриваю стоящих передо мной людей, словно решаю, достойны ли они видеть то, что произойдёт дальше.

— Знамёна комсомольских школ города… внести!

Я будто выход боксёра-тяжеловеса объявляю или командую на плацу. Раздаётся бой барабанов и в проходах появляются знаменосцы в белых перчатках и ритуальных алых пилотках. Знали в наше время толк в шоу. Чтоб до внутренностей пробирало, не то что сейчас.

Знамёна, как на первомайской демонстрации заливают красной рекой все проходы.

— Прошу, — продолжаю я распоряжаться празднеством, как герольд, — пройти в президиум первого секретаря городского комитета КПСС товарища Захарьина Ефима Прохоровича, первого секретаря городского комитета ВЛКСМ товарища Новицкую Ирину Викторовну…

И далее по списку. Собрание длится полтора часа, строго по хронометражу, соблюдать который мы учились на репетициях всю последнюю неделю. Все счастливы, все довольны. Мне вручают почётную грамоту. Новицкая не может от меня глаз оторвать, и товарищ Ефим поглядывает благожелательно.

Да, и Крикунов, естественно, тоже рад, что представитель вверенной ему школы сам не опозорился и его не опозорил.

После окончания мероприятия нас ждёт небольшой междусобойчик со старшими товарищами. Я получаю персональное приглашение и пирую с Захарьиным и Новицкой. Он в хорошем настроении и от души нахваливает меня, позабыв после третьей рюмки, что я могу ещё всех подвести, получив приговор за уголовно наказуемые деяния. Веселье разгорается, но я незаметно исчезаю раньше всех. Мне завтра в путь дорогу.

Утром за мной заезжает Давид и везёт к Новицкой. Мы забираем её и несёмся в аэропорт. У меня в сумке лежит приличного размера свёрток с деньгами, а голова набита инструкциями, полученными от Платоныча.

Он со мной не едет по причине ожидания назначения, а я не хочу ждать, поскольку неизвестно когда это назначение произойдёт, а времени на ожидание уже нет. Да и что такого? Большак со своим товарищем созвонился и всё предварительно согласовал, так что особых трудностей я не ожидаю.