Вершина мира

Отходи вон туда за…

Договорить он не успевает, потому что к нам быстро приближается несколько человек во главе с чемпионом по борьбе, тем самым, что передавал недавно привет от Фрица.

— Ну чё, Брагин, побазарим? — усмехается он.

Выследили, суки. Значит намерения серьёзные. Наверное, шли за мной от дома до школы… кто-то один, а я даже не удосужился проверить, не топает ли кто следом. Да, расслабился, как ботаник и прощёлкал хвост.

Всего с чемпионом здесь оказывается четверо борцов. Столько мне не одолеть, наверное. Я оборачиваюсь и вижу, как со стороны футбольного поля идут ещё двое. Блин… Ну ладно. Попытка не пытка. Верно, товарищ Берия?

Никогда нельзя говорить, что мол хуже не будет. Хуже может быть всегда. Возможности нашего мира в этом смысле довольно широки…

— А это чё за пацанёнок? — спрашивает чемпион и, глядя на Трыню, продолжает. — Ну-ка, давай ко мне. Иди быстрей! Тащите его сюда!

Двое из команды чемпиона идут к Трыне, пытаясь его схватить. Но он каким-то чудом выворачивается и задаёт такого стрекача, что даже пятки сверкают. Ну и ладно… Вот и молодец… Ещё и бегун. Он-то здесь совершенно не причём. Так что всё правильно.

— А где ваш предводитель? — интересуюсь я. — Не зажила ещё ягодичная травма?

И в этот момент появляется Фриц. Он входит в калитку и не торопясь идёт к нам, основательно прихрамывая. Его бы с одноногим Джангировым в пару поставить.

— Ну что, не ожидал, Брагин? — щерится он. — То-то. Сейчас мы тебя отметелим по полной. Но это не страшно, да? Во всём можно найти что-то приятное. Получишь инвалидность и сможешь уже не работать. Прикинь?

Борцы обступают меня кольцом. Ладненько… Похоже, от судьбы не убежишь, но дёшево я не сдамся…

Я закрываю лицо ладонью. Со стороны может показаться, что я рыдаю, но нет, я смеюсь. Возможно, подростковая нервная система даёт сбой. Не исключаю.

— Э, Фриц, он чё ноет? — недоумённо спрашивает чемпион.

Фриц не отвечает, видать тоже озадачен таким моим поведением. Я убираю от лица руку и ржу в голос. И чем более растерянно выглядят мои палачи, тем смешнее мне становится.

— У-у-ух, — выдыхаю я, вытирая слёзы. — Ну ты даёшь, Фриц. Я просто подумал, что ты мне инвалидностью угрожаешь, а сам-то в жопу раненный.

Повисает пауза и вдруг пацаны тоже начинают ржать. Но только не Фриц. Он сначала краснеет, потом зеленеет и снова краснеет. Хоть бы башка не взорвалась.

Влажный весенний ветер приносит запах гари. А может быть мне только кажется.