Минский. Изгнанный попаданец

— Отлично, я тогда сообщу всем нашим, кто не на дежурстве, пусть подходят на кухню.

— Добро, можешь тележку тут оставить, я разберусь.

Молодой парнишка лишь довольно улыбнулся и сразу исчез из вагона.

Кинул свою сумку в нижнюю часть сервировочной тележки, на которой привезли ужин из ресторана для моих пассажиров. Постучался в купе и сразу зашёл.

— А вот и наш герой, — фабрикант привстал с кресла.

— Как всё прошло? Рассказывай, не томи, я уж тут весь переволновался, — адмирал Жимин тоже привстал, — даже ребят в сопровождении попросил позвонить в дом Кузнецовых, чтобы узнать, ушёл ты от них живой или нет.

Я пристальным взглядом посмотрел на одного, потом на второго.

Всё же приключение в доме Кузнецовых было самым безобидным из всего, что со мной случилось за весь сегодняшний день, но пока им об этом знать необязательно.

— Значит, сначала задурили голову, а потом из меня гонца сделали. Да ещё к кому? — начал возмущаться я, набивая себе цену.

— К моей жене, — признался Амат, — ты прости, у неё просто характер очень сложный.

— Сложный характер? Да она чуть не убила меня! — продолжил возмущаться я.

— Да, да, я всё понимаю, — как-то по-детски развёл руки адмирал. — Она похоронила уже меня, всё же три года дома не был. Вот и вспылила.

— Значит, я громоотводом был?

Амат молча пожал плечами.

— Кирилл, она твоя сестра? — обратился я к фабриканту.

— Кирилл⁈ — удивлённо повторил тот.

— Во-первых, служба моя окончена, и вы мне больше не пассажиры, — махнул я рукой на свою гражданскую одежду, начиная загибать пальцы на руке. — Во-вторых, я дворянин, хоть пока и без бумаг, но всё же. В-третьих, вроде это с вашей стороны было предложение перейти на ты. Или теперь всё же на Вы?

— Антон, Антон, ты прав во всём, — улыбнулся князь.

Амат и Кирилл по очереди пожали мне руку, поздравив с первыми двумя пунктами.

— Она моя немного взбалмошная, но чрезмерно любимая младшая сестра, — продолжил князь Пестов. — Так что она сказала?

— Что касается тебя, Кирилл, за то, что ты не сразу сообщил, что Амат жив, она больше не будет никогда гостить в твоём доме.

— Не обиделась значит, хорошо, — ещё шире улыбнулся фабрикант.

Ничего себе у них семейка! Если это не обиделась, то что бы было, если бы она обиделась? Наняла бы наёмных убийц для брата? Или, может, что ещё похуже.

— А что по поводу меня Тасечка сказала? — словно подросток перебил его встревоженный Амат.

— Простила, но будет очень злиться, если не соизволишь явиться сразу после окончания дел во дворце.