Код от миллиардера

Переезжать или как-то съезжаться тоже. Про отправиться в отпуск или что-то еще и речи быть не может. Одновременно с этим, когда мне удается ее выкрасть — рассерженная Валькирия превращается в домашнего котенка, который любит лежать на мне, утопать в моих ласках, часто сама бросается на меня и нетерпеливо срывает одежду и это может произойти в любом, даже самом неожиданном месте."

"Несколько дней назад, когда она в очередной раз отправила меня к такой-то матери, потому что решила вечером с сыном делать уроки, я согласился на встречу, от которой отказывался последние несколько недель. Обо мне внезапно вспомнила Машка. Не сказать, что я сильно хотел этого. Но время надо было как-то занять. Мы встретились в когда-то бывшем «нашем ресторане» на Большой Никитской. Машка меня удивила. Прибыла при полном параде, надев одно из тех коктейльных платьев, что я ей когда-то подарил.

— Помнишь его? — спросила бывшая невеста, намекая на мой подарок. — А я, как видишь, все в той же форме.

Ее влажные глаза сияли, однако с немалым удивлением для себя обнаружил, что абсолютно равнодушен к ним. Разговаривая с ней, меня интересовал лишь один вопрос — смогу ли вытащить Настю из дома еще раз сегодня перед сном.

— Да, отлично выглядишь, — согласился без возражений. — Ты хотела о чем-то поговорить? — и не удержался от того, чтобы посмотреть на часы. Еще часа полтора, потом она опять возьмет трубку. Опять пошлет меня. Нет, чуть меньше полтора часа.

— Что-то срочное?

— Да, нет. Как сказать. Мой развод много времени не займет.

Я отвлекся от своих размышлений, когда ее ухоженные пальцы легли на мое запястье. Настя не любит лак. Совсем. У нее другие пальчики, никакой химии, часто вообще без всего. Никакого сравнения с тем, что сейчас лежит на моей руке. Ярко-красный лак на острых, длинных ногтях, которыми можно глаз выколоть.

— Ты разводишься? — спросил на автомате сняв Машкину руку со своей. Моя собеседница нахмурилась.

— А тебя это не радует? Ты же так хотел, уговаривал. Вот, теперь я развожусь и… хотела тебе сказать, что все пути открыты, мы можем попробовать все сначала. Миша, ты рад?

— Долго же ты ждала этого. Нет, Маш. Ты опоздала. Мне жаль, что разводишься.

— Ты обиделся на меня, Миша? — Машкина рука опять оказалась на моей, вцепилась в нее.

— Нет, — ответил ей безразлично, — не обиделся. Ты действительно опоздала.

Ушел в тот вечер почти сразу, думал еще отправить ей подарок на прощание. Только забыл. Настя сама позвонила.