Затерянная между мирами. Дилогия

Под его внимательным и чуть насмешливым взглядом я принялась стягивать халат с плеч, одновременно чувствуя, как внизу живота против воли начинает зарождаться пульсирующее тепло.

— Давай послушаем, — Илья по-прежнему с улыбкой глядел мне прямо в глаза.

На прохладное касание стетоскопа тело неожиданно отозвалось резким всплеском возбуждения и тут же покрылось гусиной кожей. Я даже испугалась столь бурной реакции, ведь раньше никогда подобного не испытывала. Может, я скрытая нимфоманка?..

Быстро прикрыла глаза, чтобы Илья не смог увидеть в них все то, что сейчас творилось у меня внутри.

— Поворачивайся спиной…

Мне показалось, или голос Ильи действительно стал более хриплым и напряженным?

— Тебе холодно? — стетоскоп неожиданно сменили горячие пальцы Ильи и медленно заскользили от лопаток к пояснице.

Я нашла в себе лишь силы отрицательно помотать головой.

— Тогда почему дрожишь? — его дыхание коснулось моего плеча, а следом губы прочертили короткую дорожку от шеи до чувствительного места на затылке.

Руки Ильи переместились с моей поясницы на живот и неспешно двинулись вверх к налившейся тяжестью груди. Я судорожно вздохнула, когда его пальцы достигли затвердевших сосков, а потом принялись гладить их круговыми движениям, заставляя меня терять последние остатки разума.

— Черт, — вдруг прошипел он, — градусник! Забыл…

Илья выдернул у меня из подмышки термометр, который каким-то невообразимым образом еще держался там, я же испытала жгучее разочарование от того, что ласки прекратились. Вот уж точно, черт…

— Тридцать семь и четыре, — пробормотал Илья, откладывая градусник в сторону. — Уже неплохо…

— Я же сказала, что мне уже лучше, — прошептала я, поворачиваясь к нему лицом. — Намного лучше…

Усилием воли переборов возникшее было вновь смятение, я сама принялась расстегивать его рубашку. Но Илья не дал дойти даже до половины, ловко повалил меня на спину, прижав к кровати, и быстро поцеловал. После этого сам стянул рубашку через голову, бросив ее на пол. Через минуту туда же полетела и его оставшаяся одежда, а следом и мой халат, который уже и так без надобности валялся на кровати.

Илья опустился рядом, затем подмял меня под себя и впился в губы жадным поцелуем.