Затерянная между мирами. Дилогия

 — Мой брат, дозорный, нашел вас у Стоунхенджа… Ты была без сознания, и мы перенесли тебя ко мне в дом…

— А Илья? — я с тревогой и мольбой взглянула ей в глаза. — С нами был еще мужчина, молодой, он ранен… Что с ним?..

— У знахарки он сейчас, — Магдалена заключила мои ладони в свои. — Она пытается его спасти…

— Так он жив? — мой голос задрожал от волнения.

— Жив… Только слабенький очень… — миссис Флинн сочувственно улыбнулась. — Когда нашли, жизнь едва теплилась в нем… Но Киара хорошая знахарка, она выходит парня, не тревожься…

— Жив… — слезы облегчения застлали глаза. — Слава богу, жив…

— И кто тут плачет? — в комнату заглянул улыбающийся Карл Генрихович.

— Как всегда я, — улыбнулась в ответ и начала утирать слезы. — Кто еще в нашей компании такой плаксивый?

— Оставлю вас, — Магдалена похлопала меня по руке и поднялась. — Пойду на стол накрою… А вы пока поговорите…

— Это правда, что с Ильей все в порядке? — спросила я еще раз, когда Карл Генрихович занял место миссис Флинн подле меня.

— Я верю, что он выкарабкается… — твердо ответил он.

— Я хочу его увидеть…

— Позже, чуть позже мы обязательно его навестим… — пообещал Карл Генрихович. — Потерпи немного…

— Расскажите, что произошло, после того, как я потеряла сознание, — попросила я, когда немного успокоилась. — Мы сейчас в Солсбери?

— И да, и нет, — выражение лица у Карла Генриховича было странным: задумчивым и лукавым одновременно.

— Но Магдалена со Спенсером ведь здесь, значит, и Солсбери существует… — осторожно заметила я.

— Существует. Только немного не там, где мы привыкли его находить. На самом деле, Катенька, этот мир… Он удивительный, во всех смыслах. Даже у меня, видавшего многое, кое-что с трудом укладывается в голове…

Карл Генрихович продолжал говорить загадками, однако я сейчас не испытывала никакого желания решать его шарады. Да и завела эту тему не из особого интереса, а для того, чтобы отвлечься от мыслей об Илье. Как бы мне ни говорили, что с ним все в порядке, хотелось убедиться в этом воочию, и я сгорала от нетерпения поскорей оказаться рядом с ним.

А по поводу этого мира… Карл Генрихович считает его удивительным? Но что в нем может быть особенного? Мир как мир. Дом, во всяком случае, обычный. Магдалена со Спенсером тоже. Разве что мода иная, но к подобным переменам нам не привыкать.