Затерянная между мирами. Дилогия

 — Вроде была такая…

— Так вот, там находится вода для караульных, чтобы они в любой момент могли попить и не отходили лишний раз с поста… Но главное, она всегда открыта, так что подсыпать туда чего-нибудь не составило никакого труда… — старик ухмыльнулся.

— Так вы туда что-то добавили? — изумилась я находчивости друзей. — Снотворное?..

— Именно… — теперь ухмылялись оба.

— Но где вы его взяли?

— Ну, слова богу, снотворное люди умели изготавливать во все времена, — ответил Илья. — И у здешнего доктора тоже нашелся заветный порошок…

— Но как вы смогли незаметно его подсыпать?

— А это я уже ближе к вечеру прогулялся к площади, — веселился Карл Генрихович. — Там два таких странных типа сидели: один и без того дрых, а другой ворон считал…

— Кажется, это Парсон и Грин, — я с улыбкой вспомнила слова Амелии.

— Не знаю, — засмеялся старик, — но на меня они даже внимания не обратили…

— Вот Саммерс будет рвать и метать, когда узнает о нашем побеге, — я тоже тихо засмеялась.

Но мое настроение почему-то разделил только Карл Генрихович, Илья же промолчал и будто ушел в себя. Да что с ним творится, честное слово?.. Я устала теряться в догадках и уже собралась спросить, чем он так озабочен, но меня отвлек Карл Генрихович, полюбопытствовав, как провела последние дни я. И теперь в роли рассказчицы пришлось выступать мне…

За разговорами дорога прошла почти незаметно, даже привал не делали. Лишь под конец пути, все-таки устав, замолчали. Правда, вскоре я вновь обратила внимание на поникшего Илью и, наконец, спросила:

— Что случилось? Что тебя беспокоит?

— Ничего, все в порядке, — но натянутые нотки в его голосе заставили меня еще больше заволноваться.

Он никогда так со мной не разговаривал, что натолкнуло на неприятную мысль:

Илья ничего не ответил, и это только подтвердило мои догадки.

— Что я сделала? — спросила я, хотя подсознательно уже понимала, откуда дует ветер.

— Почему ты мне не сказала, что все это время спала в одной постели с Саммерсом? — прозвучало довольно жестко, и я растерялась.

— Не хотела тебя расстраивать, — ответила глухо. — Боялась, что ты наделаешь глупостей, а Саммерс тебя за это уничтожит…

— Он заставил тебя или ты…

— Сама? — я закончила за него фразу. — Ты считаешь, я по собственной воли могла спать в одной кровати с этим чудовищем?

Мне вдруг стало так горько, накатила обида и одновременно стыд. Противное двоякое чувство, словно я измазалась в грязи и не могу от нее отмыться.