Затерянная между мирами. Дилогия

Но очередной убийственный взгляд в мою сторону вынудил меня быстро поправиться: — Катя… Кэтрин…

— Значит, Кэт… — Саммерс отошел от камина. — Поела?..

— Да, спасибо, — я поставила тарелку с недоеденной курицей на стол.

Меня стало трясти еще больше, когда я поняла, что Саммерс собрался раздеваться. Вначале он избавился от высоких ботинок, затем через голову снял рубашку. Торс у него оказался по-мужски красивый, с рельефными мышцами, вот только мне сейчас было не до восхищения. С каждым его движением все больше раскручивалась спираль моего страха, когда же он вновь направился ко мне, дыхание сбилось, а перед глазами стали плясать мушки. Я забралась в кресло с ногами и, подтянув коленки к груди, сжалась в комок.

— Нет, пожалуйста… Пожалуйста, не надо, — горячо зашептала я, когда Саммерс склонился надо мной. В его глазах вновь появилось нечто звериное, и уж точно они в них не было ни грамма жалости по отношению к своей жертве.

Он сжал мои плечи, без всяких усилий стянул меня, упирающуюся, с кресла и с размаху бросил на кровать, потом опустился рядом, подминая под себя. Я пыталась вырываться, умоляя его отпустить меня, но сил были неравными, а сам Ральф Саммерс, одержимый похотью, оставался глух к моим мольбам. Его губы впивались мне в шею и ключицы, грубо оттягивали тонкую кожу, оставляя болезненные следы. Захлебываясь криками и слезами, я продолжала бороться, царапала его грудь и спину. В какой-то момент я со всей силы вцепилась ему в волосы, и Саммерс на мгновенье оторвался от меня, издав злобный рык.

— Как же ты мне надоела, — процедил он, тяжело дыша.

Я не успела заметить, как у него в руках оказалась его же рубашка. Он скрутил ее жгутом, затем поймал оба моих запястья и, сцепив их вместе, крепко связал. Потом подтянул меня к спинке кровати и привязал к ней мои руки.

— Теперь не будешь брыкаться, — удовлетворенно заключил он и резким движением задрал мою сорочку, подоткнув ее до самой груди.

Сгорая от унижения и страха, я уже не могла даже кричать, только поскуливала и бессвязно просила его остановиться. Но когда Саммерс приспустил с себя штаны и коленом раздвинул мне ноги, я зарыдала с новой силой и, повысив голос, простонала:

— Я беременная… Пожалуйста… не надо…

Эти слова вырвались из меня спонтанно, и я не ожидала, что они как-то разжалобят Саммерса. Поэтому сразу даже не поняла, что больше не чувствую его напора. Я открыла глаза и сквозь пелену слез увидела его ошеломленное лицо.

— Это правда? — глухо переспросил он.