Затерянная между мирами. Дилогия

 — Нашел… Уже две недели как завожусь с пол-оборота…

Но нет, надо еще кое в чем убедиться. Я заметила у папы торчащую из заднего кармана брюк газету. Дурацкая привычка… Но такая родная.

— Можно мне газету глянуть? — попросила я.

— Пожалуйста… — сразу же протянул мне ее папа. — Помочь развернуть?

— Да, пожалуйста, — улыбнулась я.

Хотя мне достаточно было взглянуть лишь на первую страницу, чтобы понять: страной управляет человек, которого избирали на моей памяти несколько лет назад. Однако с помощью папы я быстро просмотрела другие новости, и в каждой статье с облегчением узнавала лица политиков и прочих деятелей, а также места и даже рекламные бренды.

К горлу стали подступать слезы, и я едва силилась, чтобы не расплакаться и не испугать тем самым родителей.

— Ты сегодня такая красивая, — чтобы отвлечься и разрядить обстановку, обратилась я к маме, которая все это время напряжено следила за моими действиями. — И блузка эта… Ты ее ведь давно не носила?

— А, вспомнила ее? — довольно прищурилась та. — А пятно на ней помнишь?

— От вишневой наливки, которой тебя угощала тетя Лида? — сразу всплыло в памяти. — Прямо на груди?

— Именно… Мне все-таки удалось его вывести, — гордо заявила мама, расправляя складочки на кружеве.

Это «вишневое пятно» стало последней каплей в переполняющих меня эмоциях, и слезы все-таки прорвались наружу. Теперь я уже не сомневалась: это МОЙ мир и МОИ родители. Наконец-то я дома…

— Мама, папа, можно я вас обниму? — прошептала я, совсем как в детстве хлюпая носом.

— Деточка моя, — первая потянулась ко мне мама, тоже в один момент разразившись слезами. — Ну что ж ты плачешь? Ведь все хорошо?

— Просто я так соскучилась по всем, — прошептала в мамино плечо. Тут и папа подоспел, заключив в объятия нас обеих.

Нашу семейную идиллию нарушил осторожный стук в дверь, а после в приоткрывшейся щелочке показалась растрепанная головка Маши.

— Можно? — тихо спросила она.

— Ну конечно, — засияла я, отрываясь от родителей. — Проходи…

Маша вошла, но осталась топтаться у двери, переводя неуверенный взгляд с меня на родителей. Мама, поняв все без слов, взяла папу под руку и увела его «попить кофейку из автомата». Теперь пришла очередь подруги со слезами броситься мне на шею.

— Прости меня, — сбивчиво заговорила она. — Это я во всем виновата. Нагрубила тебе, обозвала дурой, прогнала со свадьбы… Какое я имела право?..