Затерянная между мирами. Дилогия

Когда же наконец смогла сфокусировать взгляд на окружающих предметах, оказалось, что по-прежнему лежу на полу около ванной. Пульсирующая боль сконцентрировалась в одном месте на затылке, и, дотронувшись до него, я нащупала внушительную шишку. Похоже, когда падала, ударилась о косяк двери.

Я попыталась подняться, но ноги снова не слушались. Я до крови закусила губу, проклиная себя за нерешительность и иррациональный страх.

— Ну что, дотерпелась? — с презрением процедила, обращаясь к самой себе. — Оттянула момент?.. Теперь валяйся здесь беспомощная, пока не вернется Илья…

Но злость и отчаяние придали мне решимости, и я начала ползти на руках к спальне, где оставила телефон. Джас все время бегал вокруг и поскуливал, не понимая, что происходит. Но именно его присутствие рядом не давало мне совсем упасть духом, и я продолжала медленно, но верно двигаться к намеченной цели.

Наконец заветный телефон оказался у меня в руках, и теперь я без колебаний набрала номер золовки.

— Привет, — я постаралась скрыть панику в голосе. — Ты на работе?

— Нет, собираюсь. У меня сегодня вторая смена, — жизнерадостно ответила Лена. — А у тебя как дела?

— Да вот, возникли кое-какие проблемы…

— Плохо себя чувствуешь? — сразу же стала серьезной она. — Давление? Тошнота?..

— Нет… Другое… — я для уверенности сделала глубокий вдох и на уже выдохе быстро произнесла: — У меня что-то с ногами… Я их почти не чувствую.

В трубке воцарилась пугающая тишина.

— Лена?.. — осторожно позвала я.

— Я сейчас приеду, — прозвучал напряженный ответ, после чего Лена отключилась.

Приехала она быстро, не прошло и получаса. Благо, что у нее был ключ от квартиры, поэтому мне не пришлось волноваться, как открыть ей дверь.

— Катя, ты где? — громко окликнула Лена, влетая в дом.

— В спальне, — ответила я.

За время ожидания мне удалось взобраться на кровать, поэтому встречала ее не в самом плачевном виде и даже сделала попытку улыбнуться.

— Что случилось? — Лена не одарила меня взаимной улыбкой, наоборот, выглядела встревоженной и озабоченной.

И я рассказала ей все без утайки, начиная от первых «звоночков» в виде онемения кончиков пальцев до сегодняшнего отказа ног.

— Почему ты мне сразу обо всем не сообщила? — расстроено покачала головой она.

После моего рассказа она выглядела не менее испуганной, чем я, отчего мне стало понятно, что мои дела обстоят намного хуже, чем думалось.

— Я считала, что это пройдет, — неуверенно призналась я.