Искры между нами

Парень не слушал, переключал передачи, разгонялся все быстрее, нарушая все скоростные режимы.

— Егор!!! — прокричала я, хватаясь за ручку.

Было страшно и одновременно весело. Я вопила и смеялась, когда он заходил в лихие повороты. Визжала, требовала остановиться и тут же просила прибавить скорости. Магницкий только посмеивался и качал головой, выполняя мои нелепые просьбы.

А потом он внезапно помрачнел и стал серьезным.

— Что случилось?

— Хвост у нас случился, — кивнул на зеркало заднего вида.

За нами упорно ехала серебристая машина.

— Кто это?

— Я откуда знаю, — Магницкий сбавил скорость.

— Может нам просто по пути?

— Сомневаюсь.

Машина тем временем начала моргать фарами, требуя, чтобы мы остановились.

— Вдруг это маньяки? Давай просто сбежим от них."

"— Даш, расслабься, — он припарковался на обочине, — сиди здесь и не вылезай. Поняла меня? Я узнаю в чем дело и вернусь.

— Егор!

— Все. Сиди, — и вылез наружу.

Двери второй машины распахнулись, и оттуда появились трое парней, в которых я с ужасом узнала тех типов, которые были в Морекрае.

Надеюсь, Магницкому хватит мозгов не нарываться и просто сказать «извините».

Не хватило…

Разговор сразу начался на повышенных тонах, а через минуту и вовсе перерос в самую настоящую драку.

У меня сердце в пятки от страха ушло.

Надо разнимать их. Спасать Егора! Он бедный один, а их трое! Они его убьют!

Я выскочила из машины, начала бегать вокруг них, что-то орать, словно потерпевшая, но парни на меня не обращали внимания.

Зато я поняла, что волновалась не о том. Магницкий вообще не был похож на потерпевшую сторону. Он дрался профессионально, будто только этим всю жизнь и занимался. Хорошо поставленными ударами. Руками, и ногами. Двигался быстро, но по-змеиному плавно. Его противники, наоборот, действовали, как пьяные носороги. Гурьбой, мешая друг другу, подставляясь под удары.

Черт! Сейчас не они его, а он их всех ушатает!

Мечтая как-то прекратить этот бедлам, я бросилась к машине, открыла багажник и нашла огнетушитель.

Пломбу содрала, чеку дернула и направила струю на дерущихся.

Раздались крики, мат, кашель. Я продолжала их поливать, остервенело давя на спусковой крючок.

— Пшить, — наконец, жалобно сказал огнетушитель, последний раз кашлянул пеной и затих.

Парням уже было не до драки. Они стояли по колено в пене, белые, как снеговики и смотрели на меня. Все четверо. Это я умница.

Миротворец, епть. Спасатель от Бога.