Искры между нами

— Да не согласна я никуда с тобой идти!

— Твои проблемы, — включил громче музыку и прибавил газу, увозя меня все дальше от дома.

Сначала казалось, что шутит, что покатает меня пять минут, потом махнет рукой и отвезет домой, ну или, на худой конец, действительно высадит под дождь. Однако постепенно в душе начал шевелиться червячок сомнений.

Егор смотрел за дорогой, не обращая на меня никакого внимания. Полный игнор.

Я с видом обиженной добродетели сложила руки на груди и мрачно прямо перед собой, с тоской отмечая, что едем мы вообще не пойми куда, на другой конец города.

Его телефон, небрежно брошенный на панели управления, начал вибрировать.

Магницкий убавил громкость и лениво ответил:

— Марк, здорово!.. Все отлично... Ты как?.. Понятно... Нет, я пока не приеду к вам... Дела... Да, очень важные... Какие? Грузоперевозками занимаюсь... Сколько по времени? Понятия не имею, — пожал широкими плечами, — может, час... может, два, а может, и до утра катать придется.

Что?! Он это серьезно?! Уставилась на него, сжимая кулаки от негодования:

— Ты.

..

Егор невозмутимо приложил палец к губам, типа «молчи, не мешай говорить», и продолжил беседу, полностью игнорируя мое пыхтение и грозные взгляды. Я чуть не задохнулась от возмущения. Что за наглец?!

— Вези меня домой! — сердито ткнула пальцем ему в плечо, когда он, наконец, закончил.

— Угу, — хмыкнул и снова врубил музыку.

— Если ты сейчас же меня не отвезешь или не выпустишь из машины, я буду кричать, что ты меня похитил.

— Можешь начинать, — опустил стекло с моей стороны.

В салон тотчас ворвался рокот дождя, порывы ветра и миллионы колючих искр, заставляя пищать и прикрываться.

— Егор!

— Все, накричалась? — смерил меня снисходительным взглядом и нажал кнопку стеклоподъемника.

Я сидела вся растрепанная, сырая, дрожащая не то от холода, не то от негодования.

— Что ты себе позволяешь?

— Ничего.

Магницкий — сама невозмутимость.

— И долго это будет продолжаться?

— Пока ты не согласишься пойти со мной на свидание.

Можем хоть до утра кататься. Мне все равно.

Внезапно до меня дошло, как сильно я встряла, ведь ни хрена он не шутил. Не уступит. Даже не подумает уступать. Что там Аленка говорила про него? Несносный характер? Упертый, как баран? По-моему, она слишком мягко его описала!

— Егор, — я попыталась достучаться до его здравого смысла, — мне домой нужно. У меня дел невпроворот. Надо готовиться, завтра очередной зачет.

— Очень за тебя рад.

Ему глубоко фиолетово.