Почти идеальная месть

Неужели он не был уверен в моём выборе?! Ну и ну!

Матвей встал, и мы с ним начали целоваться так, словно мы остались одни на всём белом свете, и никто нас не видит. Когда Матвей, наконец, отпустил меня, Антона рядом не было. Не было его и в саду — Русецкие покинули праздник."

"Мы с Матвеем почти сразу уехали домой. Ну как сразу? Сначала нас все поздравляли с помолвкой. Даже отец смог собраться с силами и изобразить хорошую мину при плохой игре. Мне было всё равно, ибо я мечтала только об одном: как можно скорее остаться с Матвеем наедине.

Однако уже в машине я поняла, что всё не так легко и радостно, как хотелось бы. Начать с того, что Матвей повёз меня не в дом, а в мою квартиру. Взглянув в его напряжённое лицо, я не решилась задавать вопросы. Какая, в принципе, разница, куда ехать? Главное, чтобы Матвей там был со мной.

Остановив машину у моего дома, Матвей вышел, открыл передо мной двери и подал мне руку, однако, когда я выбралась, он вернулся за руль.

— Куда это ты собрался? — я не дала ему закрыть дверцу машины перед моим носом, как он собирался сделать.

— У меня дела, Милана, — сухо ответил он.

— В выходной день? В одиннадцатом часу вечера? — я продолжала держаться за дверцу двумя руками.

— Мне нужен мой компьютер.

— Значит, мы вместе должны были ехать в дом. Но и здесь ты прекрасно работаешь на моём компьютере, — не сдавалась я. — И вообще, тебе не кажется это странным — оставлять меня одну в вечер помолвки?

Несколько секунд Матвей смотрел прямо перед собой, потом вздохнул и начал выбираться из машины.

Так, первая преграда снесена. Пока преимущество на моей стороне. Я уже поняла, что Матвей догадался обо всём, прочитал мои мысли, как обычно, и мне придётся очень постараться, вымаливая прощение.

От ужина и от чая Матвей отказался. Полчаса провёл за компом, а потом принял душ и лёг спать, сославшись на головную боль и усталость. Я тоже сходила в душ, выключила ночник и улеглась рядом с Матвеем.

Он, казалось, крепко спал, отвернувшись от меня.

Во всяком случае, дышал глубоко и ровно. Однако это меня не остановило. Из одежды на мне не было ничего. Обняв Матвея за пояс, я прижалась к нему всем телом. Не дождавшись реакции, положила ладонь на плоский живот Матвея, а потом медленно спустилась ниже. Отодвинула пояс его боксеров и осторожно сжала рукой член. Он тут же напрягся, мне даже делать больше ничего не пришлось.

Итак, Матвей не спит, а притворяется! Не хочет иметь со мной дел, сердится.