Возвышение Меркурия. Книга 12 (СИ)

Великий Вьеран рассчитывал, что оставленных им знаний и мощи, будет достаточно, чтобы один из потомков стал божеством. Тогда они бы получили какой-то, пусть и маленький шанс, сохранить себя.

Интересно. Выходит, особая Грань родового Дара не просто давала новую способность. Она меняла энергетическую структуру так, чтобы упростить формирование «искры». Действовала так же, как моя божественная печать, пусть технически это и выглядело абсолютно иначе — в противном случае я бы точно подобное заметил.

Я всё же решил задать уточняющий вопрос. А вот слепок Вьерана заметно помрачнел.

— Рано или поздно в этот мир придут. Кто-то из тех, кто властвует над вселенными. Либо потомки Первых, либо те из вас, кто вовремя догадался о сути происходящего.

На момент замолчав, с горечью в голосе, добавил.

— Было бы лучше, явись сюда одна из наших Стай. Но этот дикий мирок слишком далеко от драконьих угодий.

Я отлично ощущал растерянность своих спутников. Да и сам, стоит признать, не совсем понимал, о чём идёт речь. Вернее, контуры картины сложились в голове сразу. Для этого, услышанного, вполне хватало. Вот только верить в подобное не хотелось.

— Кто такие Первые? И что произошло со всеми мирами?

Тот снова фыркнул. Опустился на пол и какое-то время помолчал, рассматривая меня. В конце концов, принялся задумчиво излагать.

— С одной стороны ты бог. Настоящий, с вашей вот этой сердцевиной и всем остальным. А судя по тому, что я чувствую в разумах потомков Вьерана, ты им не враг. Хотя стопроцентным другом тебя тоже не назовёшь. И возможно у тебя хватит сил, чтобы взять этот мир под свою руку, сохранив их жизни.

Сандал негодующе зарычал и конструкт вдруг оскалился в усмешке.

— Понимаю, мой призрачный брат. Тяжело, когда с тобой говоря вот так. Загадками и недомолвками. Но сначала мне нужно решить. Определиться.

Повернув голову, глянул на царевича, что всё так же неподвижно лежал, распластавшись на каменном полу. Удручённо покачал головой. Вернул взгляд на меня.

— Они ведь правили громадной территорией. Десятки миллионов людей. Почему те не поверили ни в одного из потомков? Даже не испугались его? Сделать так, чтобы жалкие двуногие кусочки мяса тебя боялись — что может быть проще? А теперь… Времени остаётся всё меньше, а среди них всё так и нет никого, кто мог бы встретить гостей.

Договорив, испытующе уставился на меня.

— Даже не спросишь, кто сюда явится и что произойдёт?

Стараясь сохранять невозмутимое выражение лица, я покачал головой.