Возвышение Меркурия. Книга 12 (СИ)

Если псевдо-Локи находился на месте и лично столкнулся с отцом Ульриха, скорректировав его воспоминания, то уже давно сбежал. Наверняка следуя чёткому плану, который предполагал быстрое исчезновение. Так что нет никакой разницы, окажусь я на месте парой часов позже или раньше. Второй вариант — сработала какая-то странная ментальная закладка, которая смогла не только очистить от определённых воспоминаний разум шведа, который был на месте событий, но ещё и добралась до Ульриха.

Версия под номером два, на первый взгляд выглядела не слишком реалистичной, но если подумать, именно она казалась мне правдивой.

Хотя бы по той простой причине, что в первом случае, условному Локи нужно было установить контакт с потомком ётуна, чтобы на него воздействовать. То есть он получил бы доступ к памяти. Даже если нет — всё равно бы почувствовал божественную печать. И осознал, что нет никакого смысла стирать воспоминания. Это только привлечёт ненужное внимание. Куда эффективнее было бы бежать. Или убить Ульриха, лишив меня одного из соратников и связующего звена с его семьёй в Скандинавии.

Я терзался размышлениями вплоть до момента, когда мы подлетели к Верхоянскому хребту. Тут, мне пришлось ненадолго остановиться. Потому как было абсолютно непонятно, куда именно лететь дальше. Нулевые искажения энергетического фона.

Направление я определил только после того, как подсветил весь горный хребет божественной силой в малой концентрации. А когда мы оказались около входа, расположенного на солидной высоте и без всяких ступеней, которые бы к нему вели, в голове послышался рык Сандала.

— Он скучал по пещерр-р-рам…

Звучало немного печально, но прямо сейчас меня больше интересовала защита, с которой разбирался Мьёльнир. Дракон то, в любом случае, смог благополучно отсюда убраться. А вот плетения артефактов, которые защищали дворец, упорно не хотели поддаваться. И это с учётом того, что сила моих божественных спутников за последние пару дней тоже серьёзно выросла. Да что там — я чувствовал, как прямо сейчас «искра» получает всё новые и новые порции энергии.

Причём ощущались они абсолютно иначе, чем сила, поглощённая из осколков.

То всё-таки была старая мощь. Утерянная, а потом возвращённая, но уже находившаяся в «переработанном» состоянии и законсервированная. Сейчас же, божественная суть получала сырую силу от искренней веры смертных. Давно забытые ощущения, которые слегка пьянили голову.

В кармане завибрировал дарфон, а доставая аппарат, я услышал тонкий писк Мьёльнира.