Держи меня крепче

 – Только наш незабвенный один являлся, особо нигде не светясь, скромный был мужик, царство ему небесное, а Грузнев с целой сворой, но вот умом его господь обделил.

– Почему? – нахмурилась я, не понимая, куда клонит Вешняков.

– Ну, может, не умом, а провидческим даром. Мог бы предположить, что ты обратишься к мужу, а он, в свою очередь…

– Тут ты не прав, – перебил Лялин. Мы, конечно, заткнулись и стали слушать старшего товарища, распахнув глаза и уши. – Допустим, Грузневу надо на время устранить надоедливого мента.

Подбросить наркоту – самый простой способ. И самый надежный. Вот только почему бы не сунуть конверт в машину? Не в пример проще, чем в ящик стола в кабинете. Как я уже сказал, выходы на местную шпану у Грузнева есть, следовательно, все легче легкого: конверт в тачку подбросили, Туманову заяву накатали, и тот с большим рвением бросился ловить злодея, то есть тебя, Артем. Но… Прояви Тагаев интерес к делу, ему бы не составило труда выйти на исполнителей, а вслед за ними и на Грузнева. Оттого ребята пошли путем непростым и извилистым. Грузнев отправляет с наркотой адвоката, а Леня Еремеев продажного мента Туманова. Леня с предложением Грузнева согласился, потому как был уверен, что в случае чего Тимур решит: подстава – дело рук Молчанова, раз с его сыном вышла скверная история, и теоретически у папаши был повод гневаться на Артема. Только по этой причине Грузневу адвокат и понадобился. Так что вовсе он не глуп. Хоть и не шибко умен, раз его уже вычислили, – подмигнул Лялин, но тут же посуровел: – Хвалиться, конечно, нечем. Если бы Молчанов случайно разговор не подслушал и за адвоката не взялся… Лишний раз убеждаешься, что все предусмотреть невозможно.

Мы посмотрели на Вешнякова с братской любовью, а он хмыкнул:

– Вот скажите на милость, зачем все это Грузневу? То есть я наши прошлые фантазии помню, но все равно в толк взять не могу: если их Лукьянов интересует, зачем время тратить на меня, на тебя… – кивнул он Лялину.

 – Ну, да, занервничает наша девушка, это понятно, и все-таки что-то я не въезжаю.

– Я по дороге сюда о том же думала. Кстати, фамилия Корзухина всплывает слишком часто то здесь, то там. Меня это настораживает. А вас нет?

– Еще как, – кивнул Лялин. – Допустим, к происходящему он имеет самое непосредственное отношение, то есть Грузнев действует с его подачи. Повод вроде бы есть: ты копалась в его личной жизни. Предположим, ему это неприятно.