Я беременна, мальчики!

 — Там хорошо платят?

Кир хмыкает, но не отвечает, вместо этого прибавляет газу и машина начинает ехать быстрее.

— Можно медленнее? — интересуюсь у него. — Пожалуйста.

— Страшно?

— Муторно. Тем более зная, что ты предпочитаешь байк.

Гортанный протяжный смех парня разряжает обстановку, и я чуть успокаиваюсь. Откидываюсь на спинку сиденья и утопаю в удобстве и мягкости. Это чертовски удобный автомобиль. Нереальный.

— О чем задумалась, Лунтик?

— О том, что у тебя крутая и удобная машина, — честно отвечаю я.

— Видишь, хоть в чем-то тебе нравится второй брат, — он усмехается, а я поникаю, потому что Кир одной фразой отбрасывает меня назад, тыкая носом в то, что и так гложет меня. — Черт, прости, — тут же бросает вдогонку, но настроение испорчено и я просто говорю тихо “все нормально”, и отворачиваюсь, потому что ничего не нормально.

Мы приезжаем не в ресторан и даже не в кафе, как я думала вначале. Кир привозит меня к себе домой. Я непонимающе смотрю на парня, но не дождавшись объяснений, таки выхожу из автомобиля вслед за ним.

— Если ты решил сэкономить на ужине и сразу потащить меня в постель, то ты просчитался, — решаю одернуть его, но он, зараза, находит что ответить.

— Постель только после ужина? — его брови взметаются вверх, после чего он открывает дверь квартиры и пропускает меня внутрь. — Я с радостью.

Я захожу в уже до боли знакомую квартиру, снимаю ботинки и вешаю пальто на крючок у двери и прохожу внутрь.

— На вот, Лунтик, тебе купил, — Кир бросает у моих ног тапки, и я не могу сдержать идиотскую улыбку. Тапочки с Лунтиком.

— Ты точно идиот, — говорю я и понимаю, что немного расслабилась.

— Проходи, садись, ужин будет примерно через двадцать минут. Пока мы ехали уже должно все приготовиться.

— Ты сам готовил ужин? — удивленно спрашиваю у парня и таращу на него глаза. — Реально?

— Лунтик, иди ко мне в комнату. Я приду за тобой. Иди, иначе сюрприз не получится.

— А будет еще и сюрприз?

— Будет все, что ты захочешь, — серьезно говорит парень и подталкивает меня наверх. — Давай, иначе останешься голодной.

Я поднимаюсь на второй этаж и захожу в комнату к Киру, где совсем недавно случилась самая откровенная между нами сцена. Я до сих пор помню и то, что он сказал, и то, как я стонала, и его губы на моем теле. Это невозможно забыть, невозможно выкурить из памяти и сделать вид, что ничего не было. А я хочу.

Хочу все забыть и вернуться домой, не вспоминать о существовании Мирона и Кирилла. Не думать о том, что случилось.