Заколдованная луна

Могу представить, что ты чувствовал!»

Судьба Линде-Лу интересовала ее с самого первого раза, когда она услышала балладу. В балладе было около двадцати пяти куплетов, и она слышала только отдельные фрагменты. «Когда-нибудь выучу всю», – подумала она.

Теперь у них было что-то общее – у юного Линде-Лу и у нее. И от этого становилось немного спокойнее. Товарищи по несчастью.

Когда она вернулась на кухню, петь там уже перестали.

– Интересно, почему это баллада про Линде-Лу пользуется таким успехом, – улыбнувшись двум пожилым женщинам, заметила она.

– Ну, не знаю, – ответила одна из них. – Наверное, потому что ее написал Ларс Севальдсен, да, и он к нам сюда приедет, возможно, через месяц или что-то в этом роде. Интересно будет на него посмотреть!

– Так странно, – улыбнулась Криста. – Мне всегда казалось, что грошовые баллады – это народные песни. Что у них нет автора.

– Ну, и у народных песен тоже были когда-то авторы, – сказала другая женщина.

– Это понятно.

Жена учителя народной школы сказала назидательно:

– Как правило, грошовые баллады основываются на том, что было в действительности, нередко на чем-то злободневном. Насколько я знаю, Ларс Севальдсен для своих песен выбирает и старые и новые истории из жизни. В деревнях здесь повсюду его очень любят за эти баллады. Ну ладно, крендель мы разрезали, так что не забудь: угости сначала проповедника, Криста! А как себя чувствует твой отец?

– Спасибо, как обычно.

И она поспешила выйти с подносом, на котором лежал крендель.

Пришел Абель Гард. Он поймал ее взгляд и тут же подошел к ней.

– Добро пожаловать, Криста!

Она что-то пробормотала в ответ.

Кристе нравился Абель Гард, вдовец, который имел нескольких детей. Он был не слишком стар, чуть-чуть за тридцать, но его брак был весьма продуктивным! У него было семеро маленьких сыновей. Абель сам был седьмым сыном, а теперь и у него был седьмой сын. Старое суеверие – а может, это было в Библии – утверждало, что у седьмого сына седьмого сына будут особые способности. Он будет ясновидящим, вот что говорили. Сможет заглядывать в будущее, в души людей. Кристе очень хотелось взглянуть на мальчугана. Ему было около двух лет, и звали его, конечно же, Эфраим. Все дети Абеля носили библейские имена, он ведь был одним из самых достойных братьев.

Абель был довольно привлекателен, мужественным, как говорится – все при нем.