Мерцающая луна

«Беги, красотка», – рыкнул ей и сделал обманный прыжок в ее сторону, вынуждая взвизгнуть и броситься наутек.

Воцарившуюся на праздничной площадке тишину заполнил мой победный вой, и я сорвался следом за шустрой мерцающей Луной. Моей Луной.

Оборачиваться в волчицу она явно не собиралась, но улепетывала со всей возможной скоростью. Правда недостаточно быстро, чтобы скрыться от меня. Периодически ее играючи догонял, перекрывал ей путь, загоняя в сторону леса.

Когда мы скрылись в чаще, я от мягких действий по принуждению волчицы к обороту перешел к требовательным.

Уцепив ее за подол юбки, вырвал из него кусок и оставил пару неровных разрезов. От толчка, Дана споткнулась и упала. Я тут же воспользовался ситуацией, навис сверху.

– Трей! – запыхавшись пропищала она и попыталась уползти.

Ухватил ее за вырез топа и буквально перегрыз оный.

– Ты чего делаешь?! – сбиваясь из-за невосстановленного дыхания, испуганно-взволнованно просипела куколка.

И такая она в этот момент была притягательно возбужденная.

От тяжелого дыхания ее грудь высоко вздымалась, разгоряченное тело манило пройтись по нему влажным языком. Сейчас наши с волком желания полностью совпадали. Нам требовалось почувствовать свою пару в полной мере, во всех ее обличьях. И если тело девушки мне было доступно практически всегда, то вот волчица лишь однажды раздразнила моего волка своей податливостью и готовностью. Как назло, тогда вмешался Рязанов.

Но теперь нам точно никто не помешает. И от этого предвкушения по венам разливалась расплавленная сталь.

С тихим рыком перекусил и ажурный бюстгальтер. Тягуче медленно провел языком по обнаженной груди, а после легко прикусил затвердевший сосок.

Дана застонала и выгнулась дугой, а пространство заполнил аромат ее возбуждения. Тонкие пальчики зарылись в шерсть на шее, сжимая прошлись по ней, вызвав у меня приятные мурашки и довольное ворчание.

– Да что же ты творишь, извращенец?!

Вопрос явно был риторический, и я повторил все свои действия и с другой нежной вершиной.

Теперь ее стон оказался куда протяжней и громче. В нем легко улавливался рык волчицы. А в следующий миг удерживающие меня в ответных объятьях руки разжались и подомной оказалась моя серенькая красавица в своем пушистом обличии.

Пока самодовольно любовался ею, немного отстранился, позволяя вырваться из моего плена. Но ненадолго.

В два прыжка настиг мерцающий хвостик, прикусил у основания, позволил ей ответную «нежность» в виде укуса в плечо.