Тихая ложь (ЛП)

— Что бы сказали твои люди, если бы увидели, что ты красишь мне ногти на ногах? Это не очень-то по-мужски, знаешь ли.

Я приподнимаю бровь.

— Может, мне пойти и надрать кому-нибудь задницу после того, как я закончу? Это поможет сохранит мой статус альфа-самца?

— Не думаю, что в этом есть необходимость. — Она смеется. — Но я бы с удовольствием посмотрела на их лица.

— Никто никогда не сделает замечание по этому поводу, потому что если бы и сделали, то это означало бы, что они смотрели на твои ноги. И для них это добром не кончится, — говорю я и продолжаю выполнять задание. — Перестань шевелить пальцами ног.

— Прости. — Она фыркает. — Не забудь глиттер."

"— Должен ли я знать, что это такое?

— Глиттер. Вот. — Она кладет мне в руку маленькую круглую баночку. Он наполнен каким-то мерцающим порошком. — Просто возьми маленькую щепотку и посыпь на ногти. Только быстро, а то лак высохнет и блестки не приклеятся.

Я внимательно рассматриваю крошечную штучку на своей ладони. Она меньше моего большого пальца, так что я никак не могу ""отщипнуть"" что-либо изнутри. С нескольких попыток мне удается его открыть. Я высыпаю немного блесток на ладонь, беру немного между пальцами и осторожно опускаю их на ногти Сиенны.

— Достаточно? — спрашиваю я и поднимаю голову, чтобы увидеть, что моя жена смотрит на меня, ее глаза блестят.

— Этого никогда не будет достаточно, Драго.

Я не слышу ни звука, так что она, должно быть, прошептала это.

— Блеска? — спрашиваю я.

Костяшки пальцев Сиенны нежно касаются моей щеки, ее губы растягиваются в улыбку.

— Тебя.

Улыбка настоящая, и от нее все ее лицо сияет. Ее взгляд падает на мою ладонь, где я все еще держу остатки этой чертовой блестящей пудры, и улыбка превращается в озорную ухмылку.

Я хмурюсь.

— Не смей…

Ее теплое дыхание обдувает мою руку, рассыпая по ней облако золотых частиц. Миллион мерцающих крупинок парят в воздухе, как крошечные драгоценные камни, а моя жена смеется, наблюдая, как они приземляются на мою голову, лицо и даже прилипают к груди.

Было время, когда я считал этот трюк незрелым. Глупым. Но от моей жены — самой дорогой драгоценности, которую я когда-либо держал в руках? Я с трудом скрываю ухмылку, которая грозит расползтись по моему лицу. Все красивые камни, на которых я построил свою империю, используются для того, чтобы человек сиял внешне. Моя Сиенна освещает каждый уголок моей души.

— Помнишь, что я делаю с теми, кто мне перечит, mila moya?

— Тебе идет золото, Драго. — Еще один приступ хихиканья.