Король Алчности (ЛП)

Подозрения по поводу нехарактерного для Слоан поведения отпали, когда одновременно зазвонили ее телефон и дверной звонок. Мы быстро попрощались и поспешили ответить на свои звонки.

— Ух ты, вживую еще красивее, — темные глаза Далтона сверкнули одобрением, когда он внимательно осмотрел меня в лифте. — Я так рад, что ты написала мне.

Я улыбнулась, преодолев приступ дискомфорта.

— Я тоже рада.

Внизу нас ждала частная машина. Пока мы с Далтоном беседовали о его впечатлениях от Нью-Йорка и о различиях между жизнью в США и Австралии, наш автомобиль доставил нас в центр города.

— По крайней мере, здесь нет животных, готовых убить тебя за каждым углом, — поддразнила я, когда он пожаловался на американскую культуру чаевых.

— Правда, — он ухмыльнулся. — Но не каждая змея, которую ты видишь, ядовита…

Мне понравился наш разговор, но, как и в случае с Эйденом, с Далтоном я не чувствовала той искры. Тем не менее, ночь только начиналась и у нас было достаточно времени для общения."

"— Тебе здесь понравится, — сказал он, когда машина подъехала к охраняемым воротам.

 — Я думаю, что отделение в Сиднее было хорошим, но отделение в Нью-Йорке его переплюнуло. Наверное, поэтому он и является главным, — он посмеялся. Я не присоединилась к нему.

Я узнала эти ворота, узнала длинную извилистую дорогу к главному зданию и величественный белый мрамор, возвышавшийся над нами. За последние пять лет я посещала здесь мероприятия много-много раз.

Ужас сжимался в моей груди, когда мы поднимались по лестнице, устланной красным ковром.

Может, его здесь не будет. Доминик ненавидел вечеринки и терпел их только ради налаживания связей. До Рождества оставалось два дня, и он мог быть в более подходящем месте.

Но все мои надежды избежать встречи с бывшим мужем, пока я была на свидании с другим мужчиной, исчезли, когда мы с Далтоном переступили порог бального зала клуба Вальгалла.

Я подняла глаза, и вот он. Широкие плечи, опустошенное лицо и горящие глаза, устремленные прямо на меня — и на прикосновение руки Далтона к моей талии.

— Никаких убийств перед Рождеством, — предупредил меня Данте. — Вивиан говорит, что это к несчастью.

— Я никого не буду убивать, — я не хотел испачкать кровью свой костюм. Но калечить? Это была большая вероятность — если бы я не пообещал Алессандре, что не буду мешать ей ходить на свидания.

Когда я смотрел, как она танцует с Далтоном Кэмпбеллом, у меня под кожей бурлило чувство собственничества.