Вся правда, вся ложь

Одинцову, хоть он и находился под пристальным вниманием следствия, предъявлять обвинения никто не спешил, и Виктор понемногу успокоился. Даже когда старший брат обратился к нам за помощью, он не насторожился. И только его слова о том, что менты обнаружили в лесу некие доказательства, вывели убийцу из равновесия. И Виктор припустился в лес проверять, надежно ли спрятан труп. За этим делом его и застал Берсеньев.

Услышав все это, следователи долго недоумевали, так и не получив ответа на главный вопрос: зачем он все это сделал? И жена не его, и брату он мог рассказать об измене. Пусть бы тот сам разбирался. И в конце концов утвердились в мысли, что с головой у него непорядок. История эта вновь попала на страницы всех местных газет, и ее примерно неделю активно обсуждали. Потом, как водится, интерес пошел на убыль, и город зажил своей привычной жизнью."

"А еще через несколько дней Одинцов появился в нашем офисе с просьбой защищать в суде его брата. Выглядел так паршиво, что словами не передать. Агатка ему отказала по этическим соображениям: в тюрьму Виктор отправился не без моего участия. Признаться, ее отказ меня порадовал, вновь копаться в этой истории не было ни желания, ни сил.

Сцепив руки замком, Одинцов сидел в кабинете сестрицы, уставившись в одну точку. Потом ко мне повернулся.

— Человек, который был с вами… он говорил о нашей матери… — бесцветным голосом начал он. — Это неправда. Не может быть правдой. Вите тогда едва исполнилось пятнадцать…

— У Сергея Львовича иногда бывают странные фантазии, — пожала я плечами, не желая развивать эту тему. Хотя склонна была согласиться с Берсеньевым, а вовсе не с Одинцовым.

— Мой брат серьезно болен, — добавил Геннадий Владимирович. — Только этим я и объясняю… — Так и не договорив, он поднялся и ушел, вызвав у меня вздох облегчения.

Стараниями брата Виктор оказался не в тюрьме, а в психушке. Я не сомневалась: Одинцов сделает все возможное, чтобы он вышел оттуда как можно раньше. Я даже могла представить, как они вновь заживут вдвоем, Гена с чувством вины, которое останется с ним до самого конца, а Виктор… Виктор, скорее всего, так и будет считать, что убивал ради любви к брату. Вряд ли Геннадий отважится еще раз жениться, а если все-таки отважится, то лучше ему сразу отправить младшего брата в заведение с крепкими решетками на окнах.

Одинцова я больше не видела, чему втайне была рада, а вот Ольгу Валерьяновну следовало навестить.