Предназначенная для крылатого лорда-2

Обычных людей туда не пригласили, и от этого чувство моего одиночества лишь усугубилось.

Нестерпимо было видеть улыбки на лицах, слышать одобрительные возгласы. Они воспринимались как изощренные насмешки. Чему они радуются?! Тому, что сломали еще одну женщину – слабую и беззащитную перед ними? Ненавижу! Как же ненавижу все их племя! Даже на Миларда теперь смотрела не так, как раньше. Да и вообще была на грани, близкой к безумию.

Не помню, как произносила подсказанные мне эртом, который проводил церемонию, клятвы. Бормотала их, даже не вслушиваясь в смысл слов. Потом мне на шею нацепили ярко-синий кулон. Я его восприняла не иначе как рабский ошейник. Символ моего полного поражения.

Ничего уже не будет хорошо! Никакого просвета в жизни ждать не стоит. Только нескончаемая пытка под гнетом ненавистного мужа, который наверняка уже сегодня ночью в полной мере даст понять, какое место мне отныне уготовано. Не более чем подстилки, которую никто даже не уважает. Мой статус леди лишь видимость. И это понимают все те, кто сейчас сыплет поздравлениями и улыбается мне.

Безропотно позволила себя увлечь из Храма обратно в замок, где должно было проходить застолье. Огромный зал, где расставили несколько столов, вместил всех желающих. Меня посадили на почетном месте рядом с мужем.

Муж. Теперь он мой муж. Содрогнулась, будто осознав это только сейчас.

В нашу честь произносили здравицы. Я механически подносила к губам кубок, но не чувствовала вкуса вина. Да и пила ли вообще? Даже в этом не могла поручиться. Еда же, которую «заботливый» муж самолично подкладывал на тарелку, так и осталась нетронутой.

Единственное, чего хотелось – поскорее уйти отсюда. Туда, где меня хотя бы ненадолго оставят в одиночестве. Очень важно набраться решимости совершить поступок, который наверняка будет стоить мне жизни. Но на это и расчет! Я не позволю Дарнелу Лодару овладеть моим телом. Попытаюсь убить и приму заслуженную смерть от его рук. Или убью себя сама, если не будет другого выхода. Все лучше, чем та жизнь, что ожидает в ином случае.

Мой стилет будто обжигал сейчас кожу. Хотя я прекрасно сознавала, что мне это лишь чудится. Он был в ножнах, прикреплен к белью. Я его обычно почти не чувствовала. Но теперь это оружие казалось единственным другом, который еще остался. Будто живым!

– Кэтрин, – неожиданно услышала голос над самым ухом.

Вздрогнула и повернула голову, уставившись в горящие странным светом синие глаза.