Локки 7. Потомок бога

Он даже задумался, косясь на спускающуюся с небес драконицу, выглядевшую более чем внушительно. Она махала крыльями так, что деревья гнулись, а порывы ветра рвали волосы с головы. Но гордый бог, конечно, не отошёл в сторонку. А принял величественную позу и упрямо вскинул подбородок.

— Это ещё что за жук⁈ — сразу же прорычала мать Апофиса, как только её мощные когтистые лапы с сочным чавканьем погрузились в мягкую почву.

— Следи за языком, ящерица! Перед твоими змеиными глазами сам бог Хеймдалль! — прошипел асгардец, гневно раздувая ноздри.

— Да мне хоть сам Хаос! — яростно прорычала она, воинственно выгнув шею.

— Дамы и господа, давайте успокоимся, мы тут все из-за одного праведного дела. Ребёнок в опасности. И бог Хеймдалль вызвался помочь найти его, — мирно проговорил я, всем своим видом показывая, что участие асгардца и есть моя гениальная идея. — Причем, замечу, он благородно не требует никакой награды. Правда, ему бы всё равно никто её не дал, даже если бы он её попросил. Однако это уже ненужные подробности. Нет-нет-нет, уважаемая мать Апофиса, не открывайте так гневно пасть, не спешите отказываться от услуг Хеймдалля. У него есть атрибут «око», способный разыскать вашего сына чуть ли не везде. Для этого Хеймдаллю всего лишь нужна кровь Апофиса, но так как её у нас нет, думаю, что вполне сойдёт кровушка его матери. Так ведь?

Я вопросительно посмотрел на бога. А тот, поколебавшись, кивнул, бросая на драконицу грозные взгляды. Та недовольно попыхтела, а потом смирила свой гнев и вскрыла когтем ноздрю. На драконью лапу капнула густая кровь, после чего она поднесла её к богу. Тот высокомерно взглянул на мать Апофиса, всем своим видом показывая, что она должна извиниться.

— Хеймдалль, мы теряем время, — проговорил я на языке Асгарда, который драконица явно не знала. — Она такое же упрямое существо, как и ты. Будь умнее. Она же всего лишь ящерица, а ты мудрый, опытный бог. Прояви благоразумие.

— Ладно, — нехотя процедил он и макнул палец в кровь драконицы.

Бог закрыл глаза и слабо засветился голубым светом. Он исходил прямо от его кожи, а вокруг волос на голове даже замелькали крохотные молнии, похожие на светлячков.

Во взгляде матери Апофиса мелькнуло невольное уважение. Впрочем, оно быстро пропало, сменившись чудовищной обеспокоенностью, стоило асгардцу нахмуриться.

— Что⁈ Что с моим сыном⁈ — выдохнула она, обдав бога смрадом из внушительной пасти.

Хеймдалль сморщился ещё сильнее и нехотя процедил, не открывая глаз:

— Я не могу отыскать его.