Бесконечность любви, бесконечность печали.

Они встречались, пока ваш сын не растоптал светлые дочери и не выбросил их на помойку.

Погодите... Вы не правы, Вадим не смог бы так поступить, - встала на защиту сына Нина Георгиевна, чувствуя, как в ней на­чинает расти протест. Пожалуй, если бы не упоминание о том, что эта женщина в прошлом коллега супруга, беседу можно было бы считать оконченной. - Мой сын - самостоятельный, взрослый че­ловек. Так что...

- Да-да, конечно, - поспешила согласиться Балай, поняв, что разговор может прекратиться раньше времени. - Взрослый, успешный. Здесь я с вами не спорю. Уважаю Вадима Сергеевича как бизнесмена. Мы, кстати, совместно работаем, - многозначи­тельно добавила она. - Так вот... Безусловно, ни я, ни вы не вправе вмешиваться в личную жизнь детей. Но моя дочь... - совершенно неожиданно женщина всхлипнула.

- С ней что-то случилось? - дрогнуло сердце Нины Георгиевны. - Что с вашей дочерью? Она здорова?

- Можно сказать, больна. Она до сих пор любит вашего сына.

Переваривая свалившуюся на нее новость, хозяйка нервно за­ерзала на банкетке. Что ответить, она не знала.

- Я понимаю, что это неправильно - звонить вам. По телефону всего не расскажешь, и мне очень хотелось бы с вами встретиться и поговорить.

- Сомневаюсь, что я чем-то смогу вам помочь, - после неболь­шой паузы отказалась от предложения Нина Георгиевна. - Все в своей жизни Вадим решает сам. Лучше обсудите с ним, чем он мо­жет помочь вашей дочери, - посоветовала она.

- Не смешите! - хмыкнула Балай. - К тому же Вадим Сергее­вич в последнее время не в самом лучшем расположении духа. И не столько по причине перенесенной болезни. Пережить преда­тельство - нелегко даже таким сильным мужчинам, как он. А ведь именно из-за журналистки Кати, принесшей вам столько бед, он расстался с моей дочерью! Хотя дело шло к свадьбе. Неужели вы об этом ничего не знали?

- Нет... - ответила Нина Георгиевна чуть виновато. - Они долго встречались?

- Более полутора лет. Согласитесь, нынче это много, чтобы считать отношения серьезными.

«Полтора года? - хозяйка задумалась. - Конечно, это немало. Но, с другой стороны, если за это время Вадим и словом не обмолвился о девушке, значит, не считал отношения серьезными».

- И все-таки вы, скорее всего, ошибаетесь, - как можно более мягко начала она. - Я о серьезности отношений. Насколько я знаю ' мни, если бы он так считал, обязательно познакомил бы меня с вашей дочерью. Или рассказал о ней.

- Вы же сами сказали: он не делится с вами подробностями лич­ной жизни.