Барышня с подвохом или любовь дело тонкое (СИ)

— Ваше Высочество, — не сгибая спины, Надежда сделала абсолютно символический поклон, скорее даже кивок головой, окинула вычищенное помещение быстрым взглядом, бросила быструю улыбку одному из охранников, сидевшему в противоположной стороне и приподняла бровь в недоумении.

— А где все остальные? — спросила с любопытством.

Александр нахмурился еще больше.

— Там, — махнул он рукой неопределенно, — ваш Вольский, Ивану принцип работы социальных сетей рассказывает, да показывает. Уже полдня, там сидят, даже на ужин спуститься не соизволили, — обиженно буркнул он.

Надежда дернула уголком губ.

Ага, вот и причина недовольства младшего наследника проявилась. Интересно, он со скуки такой недовольный или ревнует, что брат чем-то кроме его персоны заинтересовался? А может и вовсе боится, что тот курируемый им проект себе заберет?

Впрочем, чтобы не раздражать наследника еще больше, открыто смеяться она не решилась.

— Что же, тогда надо позвать и покормить работничков, — хмыкнула насмешливо, — справитесь, Ваше Высочество, пока я стазис распакую, да стол накрою?

Ничего не отвечая, но всем видом показывая недовольство, Александр поднялся и направился к лестнице наверх.

Надежда же посмотрела вслед и покачала головой неодобрительно — и куда делся взрослый и наглый наследник? Такое ощущение, что с появлением брата, он словно растерял решительность, перестал брать ответственность за поступки, а, напротив, стал капризным и избалованным.

Девушка снова покачала головой, но вспомнила, что живут здесь люди дольше, а потому и взрослеют позже. Получалось, что все эти шесть лет Александр лишь изображал взрослого, подстраивался под ситуацию, чтобы соответствовать званию наследника, а когда это бремя с него сняли, снова смог сам собой быть?

Машинально расставляя контейнеры с едой, Надежда вспомнила избалованных боярских отпрысков, что напали на нее несколько лет назад в библиотеке, и прикинула, что Александр сейчас немного старше их.

— Надеюсь, второй братец не такой балбес, — буркнула она себе под нос, — потому, что тогда Империи и без Франкийского вмешательства хана придет, а для меня и рода, так и вовсе будет катастрофа.

За столом собрались все гости заброшенного дворца.