Разрешаю любить

Хорошо, что напомнила!

— Что это?

— Дольче Габбана. Лимитированный. У нас с тобой парные ароматы.

— О, Боже! — восклицаю, с трепетом прижав к груди подарок, — Спасибо огромное, Стань! Спасибо!

— Понюхай. Должно понравиться.

Вскрываю упаковку дрожащими пальцами и наношу несколько капель на запястье. Под смех Стани машу рукой до полного высыхания и подношу ее к носу.

— Ну, как? Нравится?.. Будешь пахнуть как Мануэла Аркури. Я видел, как она покупала для себя такие же.

Я не знаю, кто такая эта Мануэла Аркури, и какой у нее вкус, но для меня эти духи немного резковаты.

— Приятные, — говорю я и тянусь к нему, чтобы поблагодарить поцелуем.

— Они созданы как раз к новой коллекции и уже произвели фурор.

— Вау!

Осторожно убираю флакон в коробку, а ту кладу в свою сумку.

— Варь, пора платье покупать. Юлия обещала помочь с выбором, я оплачу.

И без того частый пульс за секунду ускоряется до максимума. Мне всегда безумно неловко в подобные моменты, но в то же время каждый раз топит благодарностью.

Станис ведь знает, из какой я семьи. Он знаком с моими родителями и в курсе, кем они работают. Поэтому, все расходы на свадьбу сразу взял на себя.

— Да, мы с ней говорили на эту тему. Она ждет новые каталоги.

У меня уши гореть начинают, когда я вспоминаю, какие цены указаны в этих каталогах.

— И еще… Мама предлагает отпраздновать свадьбу в Москве. Как ты на это смотришь?

— А ты? — интересуюсь я.

— Мне все равно, Варь. Главное, чтобы тебе и твоей семье удобно было.

— Правда?

— Ну, конечно, — хмыкает, привлекая к себе, — Главное, чтобы моя девочка улыбалась!

— Тогда, может, здесь?

— Не вопрос.

Мы целуемся в темноте салона, а потом прощаемся до завтра. Станис все же решил сходить со мной на выставку картин сибирских художников.

Дернув рычажок вверх, дожидаюсь, когда дверь поднимется и выпустит меня из машины. Выйти элегантно в узкой юбке задача не из легких, но я, кажется, справляюсь.

— Пока, — подмигивает мой жених.

Помахав рукой, я бегу мимо торца обшарпанной девятиэтажки в грязный не обустроенный двор моего дома. Шагающая навстречу соседка из соседнего подъезда останавливается и, проследив за удаляющейся Ламбой, бросает в спину:

— Проститутка!

Я неслышно смеюсь. Да, плевать вообще! Скоро я отсюда уеду навсегда и при первой же возможности перевезу маму и папу.

Открываю дверь своим ключом, неслышно захожу в квартиру и, стараясь не шуметь, раздеваюсь. Из комнаты родителей доносится бормотание телевизора и их негромкие голоса.