Хочу тебя любить

Жадно. Горячо. Влажно.

И больно. Блядь, конечно же, больно. Без этого никак, понял уже. Слишком большую армию чувств в груди расплодил. Свирепую и разгромную. Разносит все. В щепки, вашу мать.

Содрогаемся. Мучительно и сладко.

Не прерывая поцелуя, Варя начинает плакать. Точнее, продолжая рывками целовать, в промежутках громко и сипло всхлипывает. Узнаю эти эмоции, и меня замыкает как раз в тот момент, когда она зажимает своими шелковыми внутренними мышцами мой член и, истекая густыми, горячими соками, кончает.

Чувствую безумной частоты пульсацию и забываю, что хотел видеть ее лицо на пике блаженства. Тупо не успеваю оторваться, как сам разлетаюсь. С надсадным стоном, в последнюю секунду выдергиваю из Любомировой член и, не удержавшись на вытянутых руках, тут же падаю сверху.

Судорожно втягивая воздух, прижимаюсь лицом к тонкой шее и замираю, чтобы восстановить не только дыхание... Приходится заново запускать все системы, ибо я с этим оргазмом, видимо, все-таки умер.

[1] Possession (англ.

) - владение, распоряжении, хранение, обладание, собственность.

Глава 24

…он рожден доминировать, а я – покоряться…

© Варвара Любомирова

Когда Кир поднимается и смотрит сначала на свой окровавленный член, а потом и мне между ног, хочется зажмуриться и исчезнуть с лица Земли. На пару часов, минимум. Пока он перестанет злиться. А в том, что Бойка сердится – нет сомнений. Взгляд, которым он на меня смотрит, является первым тому доказательством. И потом… Когда я, красная и смущенная, покрываюсь с ног до головы мурашками, Кир вдруг хватает меня и переворачивает на живот.

Одна пятерня вжимает мое лицо в подушку, а другая… хлестко опускается мне на задницу.

Это больно и оскорбительно. Кожа в месте удара вспыхивает огнем, а потом этот жар стремительно ползет по всему моему телу.

Давление исчезает. Я оборачиваюсь, готовая возмутиться. Но, едва вижу Бойку на ногах, теряюсь. Он дрожит. Всем своим сильным и мускулистым телом. Крупно. Лихорадочно. Выразительно.

Грудь высоко и часто вздымается. Он будто задыхается. Шатается, словно пьяный.

Столь яростные переживания я вижу у Кира впервые. Они потрясают и сотрясают меня. Видимость замыливается слезами. Я распахиваю губы, чтобы вдохнуть и не сорваться на рыдания. Беспомощно наблюдаю за тем, как Бойка натягивает штаны и, подхватив сигареты, вываливается из комнаты, так больше ни разу не взглянув на меня.

Как только остаюсь одна, тело пробивает какой-то заряд.