Уитни, любимая

Но следующий вопрос заставил ее встрепенуться от изумления.

– В каком возрасте англичанки должны выходить замуж?

– Не позже тридцати пяти, – мгновенно нашлась Уитни.

– Прекратите, я серьезно!

– Ладно, – улыбнулась Уитни, отчаянно пытаясь сохранить легкомысленный тон. – Не позже двадцати пяти.

– Значит, вам пора подумать о замужестве.

– Я бы скорее подумала о том, что неплохо бы потанцевать!

Ники, казалось, приготовился к долгому разговору, но тут же передумал и предложил ей руку.

– Пойдемте танцевать, – коротко ответил он.

Но даже в этом ему не повезло. Позади, из тени деревьев, раздался низкий мужской голос:

– Сожалею, месье, но мисс Стоун обещала этот танец мне.

Уитни в изумлении обернулась. Из темноты выступил незнакомец, завернутый в черный плащ, но даже без этого почти сатанинского костюма Уитни немедленно узнала бы издевательскую улыбку, которой он одарил ее, поймав на себе слишком пристальный взгляд.

– Вы обещали мне этот танец, – повторил сатана, видя, что девушка колеблется.

Уитни не имела ни малейшего представления о том, кто скрывается за черной полумаской, однако всей душой стремилась избежать дальнейшего разговора с Ники о замужестве.

– Не помню, чтобы обещала кому-то танец, – нерешительно пробормотала она.

– О, это было несколько месяцев назад, – объяснил сатана, подхватывая ее под локоток и прилагая достаточно усилий, чтобы потащить ее за собой в залу.

Подавив улыбку при виде столь невероятной дерзости, Уитни оглянулась и вежливо извинилась перед Ники, продолжая ощущать его холодный взгляд.

Однако Ники был мгновенно забыт, как только сильные руки закружили ее в ритме вальса. Незнакомец двигался с изящной грацией человека, искушенного в искусстве танца. Они словно плыли на волнах чарующей музыки.

– Я действительно обещала вам танец сегодня вечером?

– Нет.

Откровенный ответ заставил девушку рассмеяться.

– Кто же вы? – заговорщически осведомилась она.

Ленивая улыбка осветила загорелое лицо.

– Друг? – предположил он тихо.

Но Уитни совершенно не узнавала этот низкий бархатный голос.

– Нет. Возможно, знакомый, но не друг.

– Придется мне это исправить, – с абсолютной убежденностью заявил он.

Уитни почувствовала неимоверное желание стереть с его губ надменную ухмылку.

– Боюсь, это невозможно. У меня и так слишком много друзей, пожалуй, больше, чем необходимо, и все клянутся в вечной преданности.

Серые глаза мужчины блеснули.