Уитни, любимая

– Да, сотни и тысячи веснушек! Вот здесь!

Она прикоснулась пальцем с длинным ноготком к переносице, при этом едва не попав себе в глаз.

Клейтон с гортанным смешком перехватил ее руку, чтобы помешать ей повредить другой глаз.

– И, – продолжала Уитни с видом человека, исповедующегося в ужасном деянии, – я любила, забравшись на дерево, висеть вниз головой. Всем остальным девочкам нравилось играть в принцесс, а я часто воображала себя обезьянкой.

Она откинула голову, ожидая увидеть осуждение в глазах Клейтона, но он улыбался ей с таким видом, будто видел перед собой нечто очень ценное и редкое.

– Я прекрасно провела время сегодня, – тихо сказала Уитни, завороженная нежностью, светившейся в его глазах.

Скоро она уже утопала в бархатных подушках сиденья темно-красной кареты, уносившей их в ночь, сонно прислушиваясь к цоканью копыт по мощенным брусчаткой мостовым Лондона. Она даже смежила веки, но откуда-то взявшееся головокружение заставило ее поспешно открыть глаза и вместо этого вглядеться в слабый желтый свет раскачивающихся на ветру фонарей экипажа, посылающих пляшущие тени по стенкам кареты.

– Очень вкусное шампанское, – пробормотала она.

– Боюсь… завтра вы измените мнение, – покачал головой Клейтон, обнимая ее за плечи.

Вцепившись в его руку, чтобы сохранить весьма ненадежное равновесие, Уитни брела вслед за Клейтоном по ступенькам крыльца дома Арчибалдов, не отводя взгляда от предрассветного неба. У самой двери Клейтон остановился.

Уитни наконец сообразила, что он, очевидно, ожидает чего-то, и, оторвавшись от созерцания последних звезд, посмотрела на него. Глаза девушки сузились при виде его смешливо вздрагивающих губ. Гордо выпрямившись во весь рост, она осведомилась:

– Вы считаете, что я слишком много выпила?

– Ничего подобного. Я просто надеялся, что у вас есть ключ.

– Ключ? – непонимающе повторила она.

– От двери…

– Конечно! – гордо объявила Уитни."

"Прошло еще несколько мгновений, прежде чем он вежливо напомнил:

– Может, вы все-таки поищете его?

– Поискать? Что? – поинтересовалась Уитни, отчаянно пытаясь сосредоточиться. – Нуда, конечно… ключ.

Она огляделась, пытаясь припомнить, где оставила элегантный, маленький, расшитый бисером ридикюль, и обнаружила его криво свисающим с плеча на короткой золотой цепочке.

– Леди не носят свои ридикюли подобным образом, – поморщившись, пробормотала она себе под нос, но все же стянула сумочку с плеча и принялась неуклюже рыться в ней, пока не нашла наконец ключ.