Жена поневоле, или Все хотят Люси

Целый год они отбирали тех, кто будет сражаться за них на арене, боги снабжали своих любимцев оружием, доспехами и артефактами, передавали тайные знания и всячески поощряли нарушение принципов честной борьбы.

– Никто не сомневается, что ледяные и огненные маги терпеть друг друга не могут, но, не будь платформы зачарованы на неудачу, они бы не столкнулись. Команды покружили бы в воздухе, померились бы заклинаниями и разлетелись.

– Но столкнулись же только их платформы!

– Остальные просто не успели, а потом неудачу удалось нивелировать.

– Как это? – опешила я.

– А ты не помнишь? Как ты там сказала? Пусть никто сегодня не гробанется. – Ахарон Тан отсалютовал мне бутылкой. – Отлично сработала, малышка. Пожалуй, если мы встретимся на арене, я не буду тебя бить.

– Агр-Рах ыгл-глот! – веско добавил Угл-Хан.

По-орочьи я не понимала, но догадалась, что некроорк солидарен со своим капитаном.

Фортуна не признала свою вину, хотя платформы участников турнира были зачарованы на неудачу, когда она торчала среди зрителей.

Просил же, чтобы и духу ее не было в Атарлоне!

Боги Эвина держались подальше от арены. Этот запрет был введен во избежание провокаций, но Фортуна все равно вляпалась. Теперь все боги Эвина требовали от меня быстрого и непредвзятого разбирательства. О том, что я сын Фортуны, мне напомнили уже раз десять.

Божественное собрание старших богов снова облюбовало подвал Удачливого Фло. Осознав, что его не оставят в покое, лепрекон активно подыскивал новое место для своей лавки и потихоньку вывозил особо ценный товар.

– Форти, ты превзошла саму себя. – Праматерь всех демонов печально вздохнула. – Мы же договорились, что не станем вредить участникам состязаний.

– Занятное соглашение. Не заметила, чтобы ты, Хелия, его выполняла. Я знаю о нападении на мою жрицу!

Голубые глаза матери потемнели до темно-синего, на щеках вспыхнул румянец. Выглядело убедительно, словно ее действительно волновало то, что Морт едва не убил Алёну. Каждый раз, когда я об этом думал, часть меня словно цепенела.

Алена будила во мне странные чувства, желание ее защищать и оберегать превращалось в ненормальную потребность. Лишь годами натренированная выдержка ограждала меня от глупостей и опрометчивых шагов.

– Досадная случайность. У лорда-протектора ко мне нет претензий. – Алые губы Хелии растянулись в широкой улыбке.

Она знала, что я не стану проводить публичное разбирательство и наказывать Морта, только в этом случае я мог выразить протест Хелии.