Мой любимый герцог

Именно об этом я и хотел с вами поговорить и повторить свое предложение лично позаботиться о ее сезоне. В конце концов, не обязательно это афишировать: благотворитель вполне может оставаться анонимным.

Марлена смотрела в его глаза и отчаянно хотела лишь одного: поцеловать, – но вместо этого тихо сказала:

– Не думаю, что вы действительно такой, каким хотите слыть.

– Не сомневайтесь – так и есть.

– Ладно, тогда я должна отклонить ваше предложение. У Евгении будет достаточно туалетов и всего необходимого для балов и тех мероприятий, которые она захочет посетить.

Рат было нахмурился, но через мгновение лицо его разгладилось:

– Вы поделились с ней своими вещами, не так ли?

– Это пришло мне в голову после того, как я устала спорить с леди Верой и Джастиной относительно того, что мне необходимо, и они стали скупать все подряд. Мне столько ни к чему. Вероника и ее горничная переделают платья так, что мои патронессы их не узнают.

– Вы весьма находчивы и предприимчивы, раз обошлись без моей помощи.

Марлена не могла не заметить откровенного восхищения, с каким смотрел на нее герцог.

– Это вовсе не сложно при наличии щедрого опекуна.

Рат склонился к ней и запечатлел на губах короткий поцелуй.

– Что вы! Вдруг Джастина увидит?

– Она будет расстроена: мне придется долго объясняться, – но что я мог с собой поделать? К тому же это всего лишь поцелуй. Кстати, мы, распутники, обожаем такие ситуации. Что толку слыть грешником, если не можешь украдкой поцеловать красивую девушку в собственном саду?

Неожиданно он схватил ее в объятия и завладел губами в долгом страстном поцелуе. Марлена только сокрушенно вздохнула, когда он отпустил ее и сделал шаг назад.

«Мои дорогие читатели!

Распутник украдкой целует вас в саду, а потом не приглашает на балу.

Марлена вышла из экипажа, который так нравился Джастине, и ее охватило чувство, близкое к благоговению. Парадный зал сиял огнями. Из распахнутых окон и дверей лился свет. По лестнице к главному входу шествовали дамы в восхитительных туалетах и великолепно одетые джентльмены. Марлена слышала доносившиеся из зала голоса и музыку, а за спиной – цокот копыт и стук колес.

На улице было довольно прохладно, но в черной бархатной накидке она чувствовала себя вполне комфортно. Ее платье было сшито из тончайшего шелка цвета алебастра, с рукавами и подолом, обшитыми лентой из золотистой парчи. Такие же ленты проходили по завышенной линии талии и украшали прическу.