Ворожея

Вот только как с ней потолковать? Охотник ведь запретил жене с кем бы то ни было говорить. Стало быть, выход один — сыскать кожу. Да только где? И тут внезапно Милава вспомнила про Гедку. Ведь малец там, в яме, как-то почуял змейку. Стало быть, и кожу ужалки сыскать сумеет. Значится, к нему идти надобно! Вот только поделиться своими думами ворожея не могла. Ведь не имела она права раскрывать чужую тайну. Кто ведает, чем это для Яромилы обернется?

С улицы донесся шум. Все встрепенулись и разом притихли. Мало ль кто пожаловал? Без хозяев, конечно, в хату не сунется, но в оконца заглядывать — это любители завсегда сыщутся. Люди приникли к стенам, чтобы снаружи никто не сумел их углядеть. Но волновались напрасно: вернулся Цвет, да с Витом. Молодцы вошли в избу и чуть ли не с порога наперебой принялись рассказывать, что в деревне случилась новая напасть.

— Поутру нашли пьянчугу погрызенного!

— В себя не приходит!

— Вся деревня мыслит, что это волколак!

Все принялись переглядываться. Кузнец опустил голову и забился в самый угол, точно чумой захворал. Милаве даже показалось, что он вот-вот кинется прочь из хаты, чтобы как можно дальше поспеть убежать от родного села. Да только ведь то не выход. Не здесь, так в ином месте люди сыщутся.

— Так, давайте успокоимся, — староста взял бразды правления в свои привычные к власти руки. — А ты, Щекарь, не жмись к углу. Поступим так, как замыслили.

— А дядька Рафал в себя пришел? — спросила Милава.

— Так, — кивнул Вит. — Он уже треть деревни твоим зельем опоил да всех, на кого недуг неведомый кинулся, мазями обтер. Теперича Хижу выхаживает.

— Тоже мне, нашел на кого силы тратить, — фыркнул Алесь и тут же потупился под укоряющим взором ворожеи.

— Значится так, ты, Милава, ты, Вит, да ты, Щекарь, отправляйтесь к мельнице и там готовьтесь к ночи. Мы пожалуем чуток позже. Так нас скорее не приметят. — Алесь цокнул — видать, не сильно-то ему хотелось Милаву покидать. Но супротив батькиного слова не пошел.

— Погодьте! — встрял Вит. Алесь недовольно покосился на соперника. — Надобно, чтобы кто-то Кукобу захоронил. Кожевенникам ведь так вчерась и не дозволили. Кстати, они и сами куда-то пропали.

— Вот дурачье! — в сердцах топнул ногой Череда. Милава и сама выдохнула с негодованием. Ну что ж ты станешь тут делать? Селянам помочь стремишься, так они тебе палки суют в колеса. Ведь сами дорожки лиху расшитыми рушниками выстилают. — Тогда мы перво-наперво — к Кукобе.

Вперед всех на улицу выскользнул Вит.