Релокант

Правда, разумом зверь всё-таки понимал, что ветка сразу двоих не выдержит. Оттого косолапый то и дело пытался достать обидчика лапой, пару раз чиркнув того по ботинку, а в итоге скинув обувь на землю и разорвав штанину.

— Косолапый! Мишань! Смотри, что у меня для тебя есть! — пока царь леса был ко мне нейтрален и условно безобиден, я попытался сманить его с дерева. С учётом медвежьего носа, что работает лучше, чем у ищейки, ароматы тушёнки тут же отвлекли Мишу от первоначальной вонючей цели.

Пока он рвал банку когтями и выковыривал вкуснятину, вылизывая её языком, я забрался на дерево к парню и по дороге принялся командовать:

— Ползи к стволу, а потом кидай Михалычу угощения.

— А это поможет? — не разжимая рук и шатаясь на удивительно прочной и гибкой ветке, решил уточнить незнакомец.

— А хрен его знает! Других вариантов всё равно нет. Можешь дальше висеть и ждать, пока ему надоест и он уйдёт, — честно признался бедолаге, протянув старый мешок с частью продуктовых запасов, отложенных к ужину.

— А я почём знаю? Интеллект медведя близок к интеллекту ребёнка, вот и договаривайся, — дал ценную информацию и полез обратно, так как Потапыч уже заканчивал трапезу, всё чаще посматривая наверх. — Миша, у меня ничего нет. Вот у него вся еда. С ним и договаривайся.

— Мишка, прости меня, пожалуйста, прими мой дар…— с дерева полетела вниз открытая за кольцо банка тушёнки и, стукнувшись о корень, ударила зверя в лапу.

Мишаня от подобного взревел, но тут же повёл носом и принялся за очередное угощение.

Шаг за шагом мешок опустошался, пока в нём не осталось ничего.

— Ну, как видишь, к тебе он уже не лезет. Пробуй спуститься, — предложил бедолаге, надеясь, что алгоритмы Системы, управляющие миром, засчитают конфликт улаженным.

Так, за рюкзак с продуктами, медведь дал горемыке спуститься. А когда эта драная сумка, полученная мною ещё в первой деревне, оказалась на траве, косолапый с энтузиазмом начал там ковыряться. Но ничего нового так и не появилось.

— Мишка…. Добрый и хороший… У меня ещё батончик есть шоколадный… будешь? — парень протянул развёрнутый шоколадный батончик Потапычу, и тот принюхался, а следом раскрыл пасть, попытавшись слизать угощение длинным языком.

— Фух… Чуть руку не оттяпал, — облегчённо выдохнул кучерявый и замер, когда медведь принялся обнюхивать его с головы до ног, а потом сморщил морду и ушёл в сторону реки.

— Наверное, пить захотелось от сладкого. Ну, поздравляю со спасением.