Янтарь

Шрамы все равно останутся, но, по крайней мере, будет не такими страшными, как у Сумрака.

— Тушеное? Жареное?

— Очень даже.

— До чего же странно: «шприц» у тебя, а лечу тебя я?

Но как можно было перестать дрожать и глупо улыбаться, трепеща всем телом от простого осознания того, что теперь я его, и растворяясь в этих глазах, словно входила в мягкий теплый океан на закате, когда солнечные лучи окрашивают воду в цвет золота?

Янтарь был одним из таких людей.

Поворачиваясь на бок, я едва дышала, чтобы случайно не сделать больно самому милому из больных, когда он очень ловко для «больного» просунул под меня руку, притягивая к себе ближе и прижимая к своему боку.

Осторожно шагая между рядами с кроватками, я качала карапузов, которые начинали сопеть и собирались просыпаться. Я напевала им песни из своего детства про милых зверушек, которые были друзьями и помогали друг другу. Про жаркое лето и душистый мед…я наполняла свое сердце покоем и огромной любовью, чтобы Янтарь не просто чувствовал это, но и впитывал в себя, заполняя свою боль и темноту за закрытыми веками.

Голос Златы был мягким, хоть и немного сдержанным, когда девушка вошла на кухню, не сразу заметив мою позу и застыв на пороге, чтобы сосредоточенно окинуть взглядом большую уютную комнату, словно пыталась найти причину моего состояния.

Рядом с ним я могла дышать всей грудью легко и свободно, не заметив за собой, как уснула, вымотавшись от этого долгого, изнурительного дня и наконец отыскав свой покой рядом с моим большим басистым солнцем.

Тайга чуть улыбнулась:

Янтарь рассмеялся низко и приглушенно, но довольно, закопошившись неловко для того, чтобы накинуть на нас обоих скомканную влажную простыню.

— Хорошо….. - едва дыша прошептала я, дрожа всем телом, оттого, что я на самом деле была в полном экстазе от того, как ощущала его в себе, даже если это было с капелькой боли.

Девочки его обмыли на совесть, умудрившись даже заплести в заправскую косичку волнистые вечно растрепанные волосы.

И пусть аромат его крови был свежим и пугающим, все самые страшные раны теперь были аккуратно зашиты и перебинтованы, а к руке и ноге с левой стороны привязаны дощечки.

Каждую минуту я ждала, когда же Янтарь выспится и придет в себя, проводя рядом с ним все ночи, и заимев даже высокий матрас, чтобы было удобнее спать рядом с ним, каждую ночь засыпая с мечтой, что утром услышу его голос.