Ликвидатор. Исповедь легендарного киллера

Какое-то предчувствие ошибки, причем именно в звуках: чётко было слышно открывание двери, но из-за сирены и гудков автосигналов какой-то совсем неясный хлопок закрывания — может, это просто дверь на этажах… И не помню, слышал ли я мягкий, клацающий удар, который должна была произвести платформа пола при наступании на неё ноги. Но думать поздно, оставалось только ждать."

"Отправив, как всегда, на пейджер Гусятинского сообщение: «контракт заключен», перекусив тигровыми креветками и парой капучино, поехал забирать кассеты — необходимо было чем-то забить, даже утрамбовать время, какими-либо действиями, чтобы отвлечь ноющую совесть. К ночи, почти добравшись домой и уже доставая ключи перед входной дверью, получил сигнал срочно приехать. Уже четвёртые сутки без сна, и почему не получасом позже? Я бы уже спал, без шансов проснуться ни от звонка, ни даже от стука в дверь. Или часом раньше — я бы не петлял, проверяя за собой «хвосты», только лишние силы потратил. Но успокоение было — пока жив и на свободе! Оставив пару признаков неприкосновенности: спичку, опёртую о дверь и волосочек, приклеенный слюной к дверной раме — если дверь откроется, то по изменённым положениям одного и второго это будет сразу видно. Можно было использовать и бумажку, и засунутый кончик придверного коврика, да что угодно, главное — не забывать обращать на это внимания… Я поплёлся к машине. Поняв, что по дороге скорее всего усну, поехал на такси, перехватив немного сна, как едущий пассажир- на несколько часов бодрствования хватит. Попросил остановить за несколько кварталов, осмотрелся: стояли знакомые парни, — видно, передний край обороны, новое веяние, а может, и мода, но, на мой взгляд, лишний знак присутствия «хозяина» дома.

Зачем я понадобился? Наверное что-то случилось, скорее всего — ошибка, но в чём? Оказывается, человек остался жив, но с открытым переломом ноги. Тотчас позвонили. Гриша, слушая, даже растерялся — пострадавший вообще оказался не тем человеком, но… Но тот, который должен был быть вместо потерпевшего, всё понял, и происшествие подействовало на него именно таким образом, каким нам было нужно. Мало того, заказчик позже передал пятьдесят тысяч долларов, с льстивым признанием профессионализма совершённого. Какой уж тут профессионализм, когда пострадал другой человек, совершенно посторонний. Я был в состоянии прострации от услышанного и не внимал восторгам и остротам шефа.